Девушка в лесу

   Андрей Окулов,

наш кор. в Берлине

 

 

Девушка в лесу

 

Николай был в этой местности впервые.

От Москвы до финской границы путь не близкий. А обратно и того хуже. Можно было и по прямой: Выборгское шоссе, потом Волоярви…

 Но это было слишком просто, а в Питере он еще не бывал. Сделка с поставками леса, вроде бы, удалась. Заночевать он планировал в Питере, хотел на следующий день еще и город хоть немного осмотреть. Хотя, что за такой короткий срок увидишь?

Ну, зато можно будет потом перед девчонками с гордостью сказать, что побывал в бывшей столице Российской империи. Он подумал, что выберет один музей, чтобы не очень врать, а про остальное можно и в путеводителе посмотреть. Можно было бы и с питерской красавицей познакомиться… Но времени мало, а за деньги не хотелось. Таких «красавиц» и в Москве хватает.

Сначала выехал к Ладожскому озеру, потом свернул. Он заплутал, насколько это возможно. Свернул раз, развернулся, потом…

Всеволожск. Маленький городок, вроде, ничего примечательного. Тем паче, что скоро он и закончился. До Питера уже недалеко.

Всеволожск не запомнился ему абсолютно ничем. Он зевал, и думал о том, как доедет до Питера, и сможет, наконец, просто провалиться в давно заслуженный сон. Заправка… но бензина у него было еще достаточно.

 Николай въехал в лес. Точнее, дорога просто проходила через лес, который обещал скоро кончится.

Он зевнул, чуть не вывихнув челюсть. Дорога освещалась, но довольно слабо.

 Белое праздничное платье девушки бросилась ему в глаза, ярким пятном на фоне темного леса. Сначала Николай решил, что начинает бредить. Девушка, в белом нарядном платье среди леса, на обочине дороги?!

Он автоматически снизил скорость.

Девушка с улыбкой смотрела перед собой огромными голубыми глазами, и улыбалась. Он проехал мимо несколько метров, но сначала остановился, а потом дал задний ход. Незнакомка понимающе улыбалась, будто знала, что он сделает именно так.

Она была стройной и хрупкой, маленький носик, белое платье, будто с бала. Но глаза… Они были огромные, голубые, и будто чуть удивленные. Николай опустил стекло.

— Добрый вечер! Точнее – доброй ночи. Что-то случилось?

Глаза девушки еще больше округлились.

— Почему? Просто меня нужно подбросить. Вам несложно? Это недалеко.

— Конечно: садитесь.

Девушка улыбнулась, с улыбкой открыла дверь, и, подобрав под себя платье, села на переднее сиденье.

Николай почти так же, как она широко раскрыл глаза. Но понял, что по сравнению с гостьей, попытка была довольно жалкой.

— Так куда ехать? Вообще-то я в Питер собирался.

Девушка широко улыбнулась.

— Здорово! Мне как раз в эту сторону. Недалеко, километр, не больше. Сейчас прямо.

Николай прикинул, что за километр, он расспросить успеет немного.

— А что вы делаете в лесу? Да еще одна, и так поздно.

Девушка продолжала улыбаться.

— Выпускной. Гуляли всю ночь. Теперь мне пора к себе.

Николай улыбнулся, и заставил себя смотреть на дорогу.

— Понятно. Школьная дискотека? Тебя как зовут? Прости, что я на «ты».

 Она рассмеялась.

— Ничего, со мной все на «ты», кроме директрисы. Да, аттестаты давно вручили, дискотека кончилась. Меня Настя зовут. Мне недалеко.

— А я Николай. Очень приятно. А что, подвезти некому было?

Настя снова рассмеялась.

— Кому?! Ребята все пьяные. Милиция в курсе, возле школы дежурила. Вот никто и не рискнул. Но здесь машины часто попадаются. Вот и вы попались.

Николай улыбнулся, и подумал: «А на что, собственно, я попался? Подвез девушку, да и все».

Лес по краям дороги выглядел, как темные стены длиннющего коридора. Николай думал, что бы еще такое спросить, чтобы не обидеть и не испугать?

— Аттестат приличный получился? Надеюсь, родители не испугаются. А то заявляется дочь среди ночи, после выпускного, а в аттестате…

Настя продолжала улыбаться.

— Мои родители уже ничего не испугаются. Просто тоскуют. Кстати, вот здесь, остановитесь, пожалуйста! Да, возле полянки…

Николай удивился, но остановил машину.

— Здесь ведь даже тропинки нет! Куда ты пойдешь?

Настя не ответила. Она только поблагодарила Николая, и осторожно вышла из машины. Захлопнула за собой дверь, и направилась через полянку прямо к роще высоких деревьев. Елей или сосен?

В темноте Николай не разобрал. Луна была яркая, и освещала удаляющуюся фигуру девушки в белом платье, будто прожектор. Николай удивленно следил за Настей: что она собирается делать в этой роще, среди ночи?

Посредине поляны она остановилась и обернулась. С улыбкой она подняла руки, завела их за спину, расстегнула платье на спине, и оно легко соскользнуло на землю. Потом сняла трусики, и бросила их рядом.

Девушка стояла в луче лунного света совершенно обнаженная и улыбалась. Фигурка ее была почти детской: чуть выдающаяся грудь, стройные, хотя и тонковатые, ноги, покрытый пушком лобок. Настя помахала Николаю рукой на прощанье, и убежала вглубь леса.

Николай автоматически сунул руку в карман, за сигаретой.

Случайная знакомая просит среди ночи ее подвезти после школьного выпускного бала, на краю леса раздевается донага и убегает в чащу?!

 Все это не укладывалось у него в голове: что она может делать в лесу? Ночью, голая, в одних туфлях. Странно, туфли на высоком каблуке она не сняла. Почему? Ведь в ночном лесу в них далеко не убежишь.

Неожиданно, из леса донесся отчаянный крик. Кричала Настя. Точно, это был ее голос.

Она просто визжала, потом начала плакать.

Крик неожиданно прекратился. Николай бросился туда, откуда он, как ему казалось, раздавался. Уже через несколько метров он был вынужден остановиться. Точнее, упасть в какую- то яму.

Она была неглубокой, но вылез он оттуда весь расцарапанный об ветки. Ночью, в лесу, мчаться на помощь неизвестно кому. Николай остановился и прислушался.

Было тихо. Ни треска веток, ни голосов. Куда бежать?!

Он почти на ощупь вышел к своей машине: вокруг дороги было светлее, да и какой-то автомобиль промчался мимо. Странно, шофер мог заметить его брошенную машину, и влезающего из леса оборванного человека. И остановиться. Но, может быть, именно это и заставило его прибавить скорости.

Николай плюхнулся на сиденье своей машины, и попытался собраться с мыслями. Так, где здесь ближайшее отделение милиции?

Стоп! Она же скинула с себя платье, и бросила его на полянке возле дороги. Платье было белое, его должно быть видно. Тем более что уже светает.

Он, пошатываясь, вышел из машины, и осторожно подошел к тому месту, где видел Настю в последний раз. Он внимательно смотрел под ноги. Листва, ветки, трава. И ничего. Ни лоскутка.

Он медленно побрел к машине, закурил. Что же делать? Да, с таможней на границе договориться было проще…

Николай повернул назад, к Всеволожску. Зачем? Потому, что сейчас он бы до Питера точно не доехал. Машин на дороге было мало. Заправка сразу же бросилась в глаза: недостатка в бензине не было, но там стояла одинокая милицейская машина!

Николай поставил свой автомобиль радом, и забежал на стоянку. Капитан лет сорока, молча пил кофе. Его смена явно кончилась. Странно было пить кофе перед сном, но для Николая это было кстати.

— Добрый день, то есть ночь! Здесь, неподалеку, такое случилось, что…

Капитан поднял заспанные глаза, и отхлебнул еще глоток.

— И что же могло случиться в конце моей смены, когда я сам едва соображаю? Да и вы кто такой?

Николай сбивчиво объяснил про странное происшествие в лесу. Милиционер не проявил никакого беспокойства.

Он спокойно допил свой кофе, и снова поднял глаза.

— Мы должны пройти в отделение, и составить протокол. И вы четко изложите все, что мне только что рассказали: незнакомая девушка попросила вас, ее подвезти, вышла из машины возле рощи, сняла с себя все…

— Туфли! Она была в туфлях.

Капитан вздохнул.

— Понятно. В одних туфлях убежала в лес, позвала на помощь, а потом исчезла. И платье, брошенное на обочине, тоже исчезло. Послушайте, случайный проезжий, вы на алкоголь провериться не хотите?

Теперь вздохнул Николай.

— Извините. Да, протокол получится необычный. Но я ее действительно видел…

Милиционер допил кофе, и сочувственно посмотрел на Николая.

— Я верю вам. Вы не первый, кто видел в лесу обнаженную девушку. Местная молодежь так шутить любит. Зайдет девица в лес, разденется донага, и голосует на дороге. Машины дергаются, тормозят. А как останавливаются, так девица в  лес и убегает. Двое таких с испугу разбились. Во встречный  КамАЗ влетели. Насмерть. Молодые ребята были…

Николай сразу почувствовал, что устал.

— Простите, у вас тут поблизости есть что-нибудь вроде мотеля? А то мне до Питера в таком состоянии не добраться.

Капитан улыбнулся.

— Езжайте за мной, покажу.

Когда милиционер подошел к своей машине, Николай, на всякий случай, спросил:

— Скажите, а был во Всеволожске этой ночью выпускной бал?

Тот пожал плечами.

— Да, вроде, все выпускные празднества давно прошли. Так вам мотель был нужен? Тогда следуйте за моей машиной.

Николай слишком устал, чтобы интересоваться самим городом. Он следовал за милицейской машиной на расстоянии нескольких метров. Вскоре, водитель притормозил, высунулся из окна, и указал на ближайшее здание.

— Вот. Здесь, вроде, неплохо. А отоспитесь, и забудете про голых девок в лесу. А девицу можно и в номер заказать.

— Нет, спасибо. Я сейчас только спать могу.

Николай попрощался, и затормозил возле мотеля. «Пилигрим». Странное название. Здание было, если не роскошным, то с явной претензией на роскошь. Николай поставил машину на парковку, закрыл ее, и заспешил внутрь. Служащий был выбрит, и подчеркнуто любезен.

— Добро пожаловать! Спасибо, что выбрали наш мотель. У нас есть номера люкс, полулюкс, солярий..

Николай прервал его на полуслове.

— Мне полулюкс на одного. Соляриев не надо. Спать хочу…

Метрдотель понимающе кивнул, взял с Николая деньги, и отвел его в соседнее здание. Николай не успел рассмотреть номер, выглянул из окна, увидел свою машину на стоянке, удостоверился, что кровать на месте. Потом поставил в угол свой чемодан, и, едва успев раздеться, рухнул в постель и отключился почти сразу.

Снилось ли ему что-то? Переживаний было много, но слишком много для одного. Николай проснулся лишь потому, что было явно пора проснуться.

Он побрился, принял душ, оделся, и вышел из номера. Завтрак был вполне съедобен. Он дожевывал очередной бутерброд, и пытался собрать все факты вчерашнего дня воедино.

«Ночь, дорога, лес, Настя. Выпускной, остановка, платье, снова лес, крик. И все. Негусто». Он допил свой кофе, подошел к метрдотелю и поинтересовался, где здесь ближайшее отделение милиции? Служащий забеспокоился.

— А что случилось?! Может, мы сами сможем вам помочь?

Николай улыбнулся.

— Не думаю. Я хотел обратиться за справкой.

Метрдотель успокоено расплылся в улыбке.

— Тоже сами можем дать любую справку. Милиция здесь ни к чему. Всеволожск – город небольшой. Что вас интересует?

Николай вздохнул.

— Ну, это я в отделении спрошу. Так вы дадите адрес?

Метрдотель сначала напрягся, потом явно задумался. Николай поспешил его успокоить.

— С вашим чудесным мотелем это не связано никак! Я буду его рекомендовать всем друзьям, которые собираются заблудиться под Питером.

Служащий не понял издевки, и несколько отошел.

— У нас еще сауна есть и биллиардная! Так  вам объяснить, как в отделение попасть? Выезжайте на соседнюю улицу, и налево. Серое здание, там вывеска. Здесь сложно заблудиться.

Николай поблагодарил его и быстрым шагом вышел на улицу. Заблудиться в этом городке действительно было сложно. Но он и не пытался. Ключи от машины он сначала достал из кармана, а потом подумал, и положил обратно. Здесь от машины будет больше ненужной сложности, чем пользы. Он неспеша зашагал по указанной улице. Потом свернул. Отделение милиции, как и все в этом городке, не отличалось размахом. Серый коридор, не очень чистый пол. Николай не был уверен, какой именно кабинет ему нужен. И как он должен объяснить цель своего прихода?

Он в задумчивости остановился перед доской с фотографиями. Убийцы, воры…. Розыск. Интересно, много ли народу пропадает в этом городишке?  Несколько человек есть… Хотя, это со всей округи, даже из Питера.

Николая будто ударили ногой. Настя!

Она смотрела с фотографии прямо перед собой. Большими удивленными глазами.

Николай сглотнул. Чтобы развеять все сомнение, подошел поближе и прочел:

«Анастасия Гаврилова. После выпускной дискотеки, вышла ловить попутную машину. С этой ночи о ней ничего не известно. Родители подали в розыск»…

Дата. Это было год назад. Николай еще раз всмотрелся в голубые удивленные глаза. Значит, Анастасия Гаврилова.

Он постоял несколько минут перед доской с фотографиями. С одной стороны: разгадка нашлась чрезвычайно быстро. С другой…. Как он сообщит об этом милиционеру?!

Николай вздохнул, и осторожно постучал в дверь. Как ему показалось, нужного кабинета.

— Войдите!

Офицер за столом был ровесником Николая. Молодой, белобрысый, с усиками. Николай постарался запомнить имя-отчество на дверях кабинета.

— Михаил Осипович? Добрый день…

— Добрый. Вы, по какому вопросу? С вами что-то случилось?

Николай замялся.

— Я здесь проездом. В Питер хотел. Случилось не со мной. Но, мне кажется, что я могу  что-то прояснить. Или наоборот…

Михаил Осипович криво улыбнулся.

— Значит, вы здесь проездом, и зашли ко мне, чтобы что-то прояснить или запутать?!

Губы Николая невольно изогнулись в другую, чем у следователя, сторону.

— Наверное, я не слишком точно выразился. Но вся история тоже не очень ясная. Вы позволите закурить?

Следователь кивнул, и указал на стул напротив себя. Николай сел, достал пачку сигарет, и начал свой рассказ. Он говорил сбивчиво, понимая, что история с девушкой в лесу, выглядит несколько странно. Особенно, в отделении милиции. Несколько раз ему казалось, что молодой следователь просто выставит его за дверь, но этого не произошло. Он был внимателен и терпелив. Минут через десять, он сам достал сигарету, закурил, и слушал очень внимательно.

— Значит, девушка была совершенно обнаженная? Среди ночи, в лесу? Здесь, неподалеку?

Николай часто закивал.

— Не совсем. Она была в одних туфлях. В них и убежала. А потом, пропала.

Михаил Осипович скосил глаза на угол комнаты.

— Значит, вы считаете, что мы должны искать в лесу ее туфли? Или ее саму?

Николай смущенно замолчал.

— Я понял, вы считаете…. Ну, понятно, что вы считаете. Но фотография этой девушки висит у вас в прихожей. На доске, где вывешены фото пропавших людей. Там ее фамилия…

Следователь замолчал.

— Так. Это несколько меняет дело. И вы считаете, что видели в лесу именно ее?

Николай кивнул. Михаил Осипович открыл тумбочку стола, и достал оттуда пачку фотографий.

— Вот, все пропавшие за последние пять лет. Посмотрите, есть ли здесь эта девушка.

Николай несколько минут перебирал фотографии, пока не увидел нужную.

— Она! Как и на стенде. Та же фотография. Вот, смотрите: Анастасия Гаврилова. И платье то же самое.

Следователь достал листок с описанием.

— Анастасия Гаврилова, 16 лет. После выпускного вечера, пошла на дискотеку. Подружки сказали, что ночью отправилась на дорогу – ловить попутную машину. Хотела вернуться к родителям, которые живут в населенном пункте Проба. Домой не вернулась. В розыск подали родители.

Он отложил листки.

— Вы уверены, что видели именно Настю, то есть, Анастасию Гаврилову?

Николай кивнул.

— Ну, фамилию я не спрашивал. Но имя она назвала. На краю леса скинула все, осталась только в туфлях. Побежала в лес. Оттуда раздались крики. Потом смолкли. Я бросился на помощь, но ничего не нашел. Вот, и все.

Михаил Осипович откинулся на стуле.

— Сейчас много народу пропадает. Тем более, после праздника на выпускном вечере. Алкоголь, и все такое… Ваше происшествие я мог бы во внимание и не принимать. События нет. Следов тоже. Но городок наш маленький, и все, что здесь происходит, так, или иначе, не проходит мимо меня. Голая девушка на опушке леса…

Он наклонился к Николаю через стол.

— Несколько месяцев назад такой случай здесь уже был! Не совсем такой, но похожий. Вот поэтому, я вас и выслушиваю столь терпеливо.

Теперь уже удивился Николай.

— Я понимаю, насколько все это неправдоподобно звучит, но если такое здесь уже было! Расскажите подробнее. Пожалуйста.

Михаил Осипович задумался.

— Я не думал, что случай, о котором я хочу вам рассказать, имеет связь с вашей историей. Но… В общем, несколько месяцев назад двое приятелей здесь неподалеку, попали в автомобильную катастрофу. Их легковушка выскочила на встречную полосу: прямиком угодила под грузовик. Их машина всмятку. Один погиб мгновенно, второй мучался несколько дней. Перед смертью он успел сказать, почему они выскочили на встречную полосу. Он бредил, что из леса вышла красивая девушка: обнаженная. В одних туфлях. Она, якобы, манила их в лес. С испугу, они и свернули на встречную….

Он замолчал.

— Конечно, это все, что я знаю. Парень скончался. Проверить уже невозможно. Но ваша история наводит на определенные мысли. Скажите, вы могли бы указать то место, где исчезла девушка?

Николай наморщил лоб.

— Я не здешний, и было темно. Но можно попробовать. Это прямо на выезде из города.

Следователь поднялся с места.

— Мы можем проехаться туда прямо сейчас. Конечно, если вы никуда не спешите. Но я покажу вам еще один документ, думаю, он удивит вас еще больше. На днях доставили. Из Ульяновска.

Михаил Осипович подошел к тумбочке, порылся в ней, и достал еще одну папку.

— Ульяновск? Почему так далеко?

Следователь порылся в папке, и достал листок клетчатой бумаги, исписанный мелким почерком.

— Почему Ульяновск? Там служил третий участник. Ну, наверное, третий. Там он и погиб. А письмо, это его посмертная записка. Читайте. Теперь все складывается воедино.

Он протянул листок Николаю.

— Здесь сбивчиво, иногда полуграмотно, но внимания заслуживает.

Николай осторожно взял листок в руки.

— Вы не боитесь показывать мне этот документ? Ведь, наверное, вещественное доказательство…

Следователь махнул рукой.

— Это имеет самое прямое отношение к вашему рассказу. А всех участников уже нет в живых. Читайте.

Николай быстро пробежал текст.

«Я, Сергей Трофимов, военнослужащий воинской части… так, это неважно… так, дальше… Во время проводов на службу, а, вместе с тремя друзьями, приняли достаточное количество водки. Сколько – не помню точно. Потом друзья повезли меня на своей машине: продолжать гулянку. По дороге машину остановила незнакомая девушка. Прямо с выпускного вечера, платье на ней было белое, праздничное. Попросила подкинуть до станции Проба. Ну, мы довезли ее до леса. Машин было мало: ночь. Когда ее высадили возле леса, она поняла, что привезли мы ее не туда, и не за тем: вырвалась, попыталась бежать. Мы ее схватили, сорвали с нее всю одежду, кроме туфель. Она побежала в лес, но мы были быстрее, и сильнее.

Девчонка кричала, просила ее отпустить. Но мы были пьяные, и нам было все равно. Мы насиловали ее около часа. Потом испугались, что она заявит на нас в милицию, и нас посадят. Мы душили ее ремнем. По очереди. Когда убедились, что она уже не дышит, мы спрятали ее труп в куче валежника, и поехали дальше. Естественно, никому о происшедшем не рассказывали. На следующий день я отбыл к месту прохождения службы. Я думал, что этот случай забудется. Но этого не случилось.

Каждый раз, когда я выходил из казармы, эта девчонка, как была голая, в одних туфлях, стояла у ограды, улыбалась и махала мне рукой. Кроме меня, ее никто не видел. А она улыбалась, и махала мне рукой. И так каждый день. Когда я походил поближе, она отбегала, и махала снова. Я пишу, и знаю, что она где-то за оградой, ждет меня. Я больше не могу. Я не знал, что так бывает. Я ведь даже не знаю, как ее звали.

Пусть меня простят те, кто это сможет. Я ухожу».

 Николай прочел подпись:

«Сергей Трофимов».

— Да, и что с ним произошло? Куда он ушел?

Следователь вздохнул.

— Он заступил в караул с оружием. Пока сослуживцы отвлеклись, приставил автомат к голове, и нажал на спусковой крючок.  Хоронили в закрытом гробу.

— А откуда у вас его письмо?

— От его родителей. Он несколько копий разослал. В военной прокуратуре такое же лежит. Начинать дело уже не было смысла.

Николай тихо спросил:

—  Да, все сходится. Наверное, она не только хотела отомстить, но и указать нам на что-то. Наверное, на свою могилу.

— Вы хорошо помните место, где видели Настю?

Николай пожал плечами.

— Лес, он и есть лес. Выезд из города. Хотя, у меня в кармане был автомобильный журнал. Глянцевый. Во время остановки на трассе купил. В лес я побежал с ним, но, вероятно, обронил где-то. Это единственная наводка.

— Небогато. Но теперь у нас достаточно других наводок. Вы готовы?

Николай кивнул, и они поехали. На двух машинах, так настоял следователь. Периодически они обгоняли друг друга, иногда останавливались. Потом возвращались:  лес днем выглядит иначе, чем ночью. С третьей попытки Николай нашел то самое место. Как будто. Они прошли несколько метров, потом их остановил густой кустарник. Тогда они зашли с другой стороны.

— — Журнал! Вот он. Дождя не было, вот и не размок. Хотя, я бы все равно его узнал.

Журнал зацепился за куст, легкий ветерок все еще шевелил его страницы.

— Значит, искать нужно здесь.

Но здесь ясность и кончилась. Кустарник слева и справа был довольно однообразным.

— Куча хвороста!

— Таких здесь много…

Николай пнул одну кучу валежника, потом другую… После того, как он пнул третью, и уже собирался уходить, их кучи веток вывалился какой-то предмет.
Это была туфля. Женская, на высоком каблуке. Отсыревшая, тронутая плесенью, но здесь уже ошибиться было трудно. Михаил Осипович достал рацию, и быстро набрал номер.

— Это я! Высылайте группу, похоже, мы труп нашли! Да, я на месте, найдете?

Потом он обернулся к Николаю.

— Вот и все. Остальное пусть сделают специалисты. Спасибо за помощь!

— Так, что, я больше не нужен?

Следователь закурил.

— Вы же в Питер собирались? Вот и езжайте. А составлять протокол на основании показаний призраков и самоубийц… Ник  чему это. Тем более что они уже все показали.

Николай попрощался, и направился к своей машине. Следователь остался сидеть на куче веток. Николай сел за руль, и медленно выехал по направлению к Питеру. «Может, оставить все походы по музеям на потом? Странно, почему Настя выбрала именно меня»?

Он был уже в двух километрах от Всеволожска, когда ему пришлось сильно вцепиться в руль.

Настя стояла на обочине. Обнаженная. В туфлях на высоком каблуке. Она улыбалась. Будто понимая испуг Николая, она лишь помахала ему рукой, и одними губами, отчетливо произнесла: «Спасибо»! Николай перекрестился, и поехал дальше.