Тайны моего коллеги Евгения Чернова

 

ПОСЛЕДНИЙ ЭКСПОНАТ 

На моего героя надо смотреть, как на марсианина. Жутко интересный, но все-таки человеческий экземпляр! Последний, можно сказать, экспонат уходящего века.

Он был проректором в институте, где учился Геннадий Зюганов, тогда еще комсомольский вожак.

Он принимал экзамен у Юрия Гагарина, дружил с Николаем Озеровым и помогал ремонтировать лыжи знаменитому диктору Юрию Левитану!

Да что там наши именитые россияне — сам президент ЮАР Нельсон Мандела остался доволен беседой с ним и пригласил к себе — в африканские гости, в страну, где много диких обезьян, но алмазов — гораздо больше! 

Как Женя за три моря ходил 
В детстве Женя Чернов жил в простой генеральской семье. Жили они тогда не в Орле, а шесть шагов по карте восточнее, в городе Владивостоке.

Еще мальчишкой попал во флот, ходил "через Лаперуза" в не наши города-порты Сан-Франциско и Ванкувер. Шторма переносил легко, отличался железным здоровьем. Помнит, как в Америке набрел на бетонные следы босых ног. Они вели на пляж, к статуе — женщина стояла на коленях и молилась…

Статуя называлась "Россия", и к ней приходили эмигранты. Тоже плакали и молились, смотрели на море в надежде увидеть покинутую землю Отечества… 

Сломанная мечта 
Морфлот кончился во время ЧП: ночью корабль напоролся на мину, все было как в военном кино — взрыв, пожар, паника, барахтанье матросов в ледяной воде, мольбы о спасении. С корабля их подобрали японцы. Их обменяли на неких японских военнопленных, пролечили в госпитале. Чернов решил стать летчиком. Поступил в Казань, в летно-техническое… Науки давались легко, спортивнее и подтянутее Евгения в подразделении не было. Но какой-то рок преследовал юношу — полет его мечты оборвался сразу. 

Первый тренировочный полет. Старенький учебный УТ-2, красота земли под крыльями проплывала, как громадный шедевр живописца. Заело вдруг тросик элерона, с тридцатиметровой высоты (это высота "одиннадцатиэтажки") самолет сделал "козла"… С переломом ноги Чернов опять попал в госпиталь. Остались на память жуткие шрамы, боль при смене погоды — "ходячий барометр", но все равно остался с железным здоровьем! 

Образование по-черновски 
Теперь-то наш герой имеет сразу три высших образования. Сначала — строительный институт, потом физкультурный и журфак университетов. Три диплома — не роскошь, утверждает Евгений Афанасьевич, а средство самоусовершенствования. Он сначала построил в Орле пединститут, а чуть позже стал в нем проректором. И по работе частенько сталкивался с Геной Зюгановым: смышленый парнишка с курносинкой и "звездой" — отметиной на лбу, которая появлялась при сильном волнении главного тогдашнего комсомольца.

 Зюганов приходил к Чернову за направлениями студентов на подработку.

Это сегодня коммунисты нахваливают "серебряный век социализма", расписывая его как сытый и счастливый период. Может, для кого он и был сытым, только вот многие студенты подрабатывали в выходные разгрузкой вагонов, вкалывали на холодильниках, складах и не гнушались погрузки угля. 
Время единственных брюк и рубашки для танцев, время копеечных обедов впроголодь, обмороков на сессиях от недоедания — наша юность оставляет в памяти лишь самые яркие, счастливые эпизоды молодости. Такие эпизоды может вспомнить и Гена Зюганов — пышные гуляния в "Артеке", выпускники пединститутов Орла руководили почти всеми лагерями отдыха молодежи в Крыму. 
Журналистское образование и талант помогли Чернову чуть позже стать редактором первых в стране "неформальных" изданий — "Голоса Демократа" и "Голоса неформала". Это был "юный" период реформ, редакторов еще заслушивали на парткомах, снимали за излишне наивное понимание слова "гласность".

Вскоре Чернов стал редактором "Центральной России", она тогда издавалась стотысячным тиражом; народ свято поверил в реформы, как и Чернов с его единомышленниками. За талант и риск, уже когда Чернова избрали в Совет клуба главных редакторов России, Евгений Афанасьевич получил редкую награду — журналистский орден (с номером, как и положено, из драгметаллов) с емким названием "За заслуги перед прессой". 

Как Чернов с первым космонавтом планеты дружил 
Был и московский период жизни Чернова, когда он, получив дополнительно физкультурное образование, став мастером спорта по велосипедному спорту (велотрек для Чернова и сегодня дом родной, любит кататься на "велике"), нашел работу в столице. 
В то время Чернов трудился в руководстве водно-спортивного комплекса "Динамо", что в Химках. Его, главного инженера комплекса, однажды предупредили, что на их базе в строго секретной обстановке будет учиться и сдавать на права вождения катера сам Юрий Гагарин.

Впервые скажем открыто о том факте, который по партийным соображениям скрывали: три скандинавские страны преподнесли подарок первому космонавту — новехонький, суперклассный катер — в собственность.

. Отношение к частной собственности у правителей было тогда известным. Подарок этот держали от газет в тайне. Гагарин приезжал к Чернову на базу, они часто разговаривали.

Сам Юрий Алексеевич готовился к экзаменам серьезно. И после сдачи всего на комиссии вместе с Черновым, как положено по русскому обычаю, пригубил чарку. Мол, чтобы катер долго не ломался, полагается "обмыть".

Хотя Чернов в жизни не отличается пристрастием ни к спиртному, ни к куреву, винца немного с Гагариным "дернул". И еще в биллиард с космонавтом сыграл. Юрий Алексеевич шары гонял здорово — лузы глотали их, как намагниченные. 

Как Николай Озеров нашего героя в теннис учил играть 
Еще до того как Гагарин был назначен главным судьей соревнований дружественных стран, когда главный судья и главный инженер всерьез готовили базу к этим соревнованиям, у Чернова завязались приятельские отношения с чемпионом страны и будущим известным комментатором, теннисистом Николаем Озеровым. На закрытом корте иногда они появлялись и втроем: Гагарин, Озеров и Евгений Чернов. Вместе играли, решали вопросы о выделении кредита для первенств… 
Николай Николаевич, многократный чемпион России, иногда шутя вызывал на корт Чернова: "Поиграй, это тебе не велосипедный спорт…". 
Если удар или подача у партнера получались, то Озеров подбадривал и говорил: "Ну, с тобой опасно играть. Эдак вырастишь на свою голову чемпиона!". Сначала были только приятельские отношения, они перешли в крепкую дружбу. 60-летний юбилей уже больного Озерова проходил пышно, был мэр Москвы Лужков, причем именно Николай Николаевич познакомил Чернова с управителем столицы. 

Чернов выдает тайну смерти диктора Левитана 
— Мы с ним виделись опять же на базе в Химках. Принес лыжи свои ремонтировать, а на них — 24 автографа знаменитых на весь мир лыжников, различных чемпионов мира и страны. Сломал одну лыжу, когда разминался. Ну, мы с ним тогда хорошо побеседовали, оказался замечательным рассказчиком. Мы как-то друг другу приглянулись, что ли. Он достал визитку — по тем временам это редкость, несколько десятков в стране могли позволить себе такое "барство". Сказал: "Если какая проблема — звони!". И опять преследовал рок! Я звоню в один трудный для меня день по его телефону. А помощник Юрия говорит: "Час назад наш Юрочка умер…". 
Тайна смерти не разглашалась. Ведь ему пить ни капли нельзя было. А он поехал на встречу к товарищам, на Курскую дугу.

А в Прохоровке к нему прицепились на фуршете местные партийные начальники. Мол, ты с нами не пьешь. Не уважаешь, значит. Вы же знаете, какие бывают прилипалы. Надавили на самолюбие. Ну и угробили человека, ему от рюмки стало плохо, и он погиб. 
Так вот не дозвонился я к нему. На один день бы раньше позвонить к Левитану — глядишь, и судьбу бы обманул… 

Как Чернов Льву Яшину с квартирой помогал 
Лев Яшин тоже "красот социалистического благополучия" хлебнул в полной мере. Это сейчас даже футболисты первой лиги быстро и квартиры получают, и иномарки за полсезона покупают.

А Чернов помнит Яшина уже в пике славы, но прозябающего рядом с базой. На смежной квартирке. Яшин узнал, что главный инженер — знаток по строительным делам: "Женя, поедем ко мне, надо посмотреть эту квартирку.

Ты специалист и подскажешь, как ремонт провести…". Поехали. Яшин позже отметил, что привели жилищные дела в полный порядок ребята из бригады "от Евгения Чернова". 
А вообще ему на знакомства везло: хорошо знал наш герой Виктора Косичкина, Ингу Воронину. Семичастный, Балтаджиев — старшему поколению спортивных болельщиков эти фамилии — бальзам на сердце. 

Как Чернов в знаменитом фильме снимался 
Первая жена у Евгения Афанасьевича (она, к сожалению, умерла) работала в знаменитом "Елисеевском" магазине. Тогда, известное дело, многие продукты были в дефиците по всей стране, а ряд товаров — даже в Москве. 
В "Елисеевский" за продуктами приходили все знаменитости, жены начальства, включая "мосфильмовское". Увидев рядом с женой импозантного мужа, стали у нее допытываться: "Кто сей мужчина столь привлекательной наружности с задатками актера?". И пригласили на съемки. И пошло — сначала эпизодические, но довольно заметные роли в художественных фильмах, а затем съемки Чернова с сыном в документальном фильме на тему "Как отдыхает в Крыму семья советского инженера".

Этим советским "обобщенным" инженером и был наш Чернов! 

И в СССР, и в странах соц (но все же ЛАГЕРЯ) крутили этот фильм как пропаганду достижений нашего общества. 
Кстати, несколько эпизодов с участием Евгения Афанасьевича есть и в известном на весь мир фильме "Я шагаю по Москве". Бывало, что прохожий останавливался и спрашивал: "Какое знакомое лицо, вы в фильме не снимались, что в "Родине" идет?"… 

 

Александр ЕЛЕЦКИХ.