Дело гражданина Тангенса

 

Олымские рассказы

 

         УГРОЗА  ТОВАРИЩА ТАНГЕНСА

 

 

…Дело было в середине прошлого века, всего то в 30 минутах езды от Тербунов, когда в один район входили и сегодняшние воловские села…Времена хрущевские – года краткой «оттепели», когда вышел роман Солженицина.. Ну  а вот маршал Г. К. Жуков — был отправлен решением Политбюро  в политическую ссылку. Подальше от Кремля, с его главными завистниками Славы Маршала Победы…Этот факт вызвал громадное недовольство фронтовиков. Они роптали…

 

 Конечно, у всех царей Российской Империи, как и у вождей СССР – внутри страны были недруги!   Послушай, понимаешь,  некоторых  бывалых товарищей –  вождя всех времен и народов   до самой его смерти  — любил без передышки — весь народ, включая  лепечущих детишек. А ежели полистать архивы НКВД , то получается, что почитай в каждой  республике СССР , а то и в каждой области России  – все время   в плановом порядке  изыскивались группы «врагов народа», организаторов покушений на  горячо любимого  вождя. Причем, выделялась в самые расстрельные годы кое-где по стране  особая строка в отчетах , где проходили  списки сталинских «киллеров». Тех самых, которых в местных газетах народ требовал «расстрелять, как бешенных собак». Но в итоге  получается, что  Сталин уцелел, а «покусителей» было выявлено и быстренько расстреляно – несколько тысяч. А сей факт  не очень то не вяжется  к теме о всеобщей любви народа…

   Но нельзя сказать, что и после смерти Сталина  и с приходом на пост вождя СССР Никиты Хрущева — не выявлялись несознательные граждане, из тех,  кто хотел бы послать пулю в очередных вождей СССР. Конечно же, бдительность и сознательность органов и  парторганизаций  — брала верх … И  — очередной  антисоветский элемент  , грозящий убийством  главного товарища партии и государства  —  гремел на нары. К примеру –  в липецком селе Васильевка,  в 1957 году, уже после ХХ съезда, был срочно выявлен потенциальный убийца Генерального Секретаря ЦК КПСС —  Никиты Сергеевича Хрущева – фронтовик по кличке Тангенс. . . Как это было:

                   АХ, ТЫ МАЛЕНЬКИЙ ХРУЩЕВ ?!

    В разгар 1957 учебного года в Васильевскую среднюю школу, по дороге в Тербуны,  заехал первый секретарь райкома ВЛКСМ. Это был красивый парень, статный, подчеркнуто вежливый и даже некурящий при женщинах. Он  вошел в учительскую в послеобеденное время, когда в ней уже остался директор школы  , которого все по домашнему называли Петрович и школьный кот Кирюха Сильный специалист по ловле  мышей в бывшем поповском доме, переоборудованном под школу. Кирюха не высказал к гостю никакого уважения, продолжая  дрыхнуть на табуретке завуча, а вот Петрович – вдруг начал обсуждать с комсомольским секретарем разные политические новости , включая ожидающийся визит Никиты Сергеевича Хрущева в Воронеж, что по российским,  необхватным вполне  меркам – совсем рядом с Васильевкой: всего то сто верст! И надо же беде случиться! В кабинет ввалился  подвыпивший учитель математики, подслеповатый фронтовик ,  по школьной кличке «Тангенс» .

  Тангенс —  был  в пагубном  состоянии недопития. Оно  было усугублено свежим  скандалом со своим другом, коллегой и собутыльником – школьным сторожем Прокопом Петровичем Селищевым. 

  • Это кто? – спросил директора школы Тангенс, пытаясь помочь своему равновесию, крепко обхватив стул с дремлющим Кирюхой.

Директор, дурея  от волн распространяемого Тангенсом перегара, пояснил, пытаясь одновременно вытолкнуть математика в коридор: «Ты это, зайди позже, к нам , пань тут, первый секретарь райкома ВЛКСМ пришел, мы беседуем. Заняты…»

   Обиженный холодным приемом Тангенс сильно уперся. Придя в еще мрачное расположения духа, он спросил : «Так ты выходит – наш маленький Хрущев? Хрущев, но в районных масштабах, так?

  Комсомольский секретарь тут же нашелся, пояснив : «Ну, знаете, дорогой товарищ, если по вашим  судить меркам, то  я не Хрущев, а скорее Шелепин … районного уровня!»

   Смерив «Шелепина районного уровня» злобным взглядом , Тангенс вдруг завелся! Накопленная  видимо еще с конца войны злоба , стала исторгаться наружу, вместе с перегаром:

-Что Шелепин, что Хрущев – один хрен! Все вы там , наверху, сволочи! Маршала Жукова из Москвы спровадили ! Жрете, пируете, по Америкам ездите за кукурузою,  а колхозники  еле выживают! Обложили налогами, три шкуры дерете с бедного крестьянства!  Хлеб – и тот нынче – наполовину из кукурузы  в магазинах! Хрущевские придурки!  – Тангенс вдруг оскалился по звериному, заорал : «Я – за Сталина воевал! А Хрущев – его из Мавзолея выкинул! Убью суку! Я с войны парабеллум привез – приеду в Воронеж, он обещался туда… Ага, приеду и  прибью контру! Надо застрелить гадину лысую!»– с этими словами Тангенс поднял  стул над головой, отчего спящий Кирюха свалился с него с диким воплем — прямо на голову стоящего рядом директора школы.

Стул в руках Тангенса задрожал, затем  упал с гулким стулом на пол учительской… Повернувшись назад, щелкнув каблуками по военному, Тангенс вышел из двери и исчез вскоре за окнами, растворясь в сиреневых   вечерних сумерках.

                         КАК СОН, КАК УТРЕННИЙ ТУМАН…

   Секретарь райкома комсомола наутро доложил о произошедшем случае  в райком КПСС. Первый секретарь райкома – Нордатый,  подленький и льстивый чиновник, позвонил в органы госбезопасности.  Его внимательно  выслушали благодарные  специалисты по  отщепенцам и прихлебателям  и  пообещали срочно навести порядок.

  Больше в школе и  родной Васильевке в целом – никто Тангенса не видел. Он исчез тихо и незаметно. Так исчезает туман или Снеговик — в сильную оттепель. И хоть на всей России была внешне объявлена политическая оттепель – старая карательная машина еще работала и требовала очередных жертв – в виде очередных заговорщиков. Отчаянный фронтовик-математик прекрасно подходил  для «смазки» ржавеющего без  массовых чисток —  прожорливого механизма…

   На дворе стоял 1957 год. Страна пыталась выпрямиться после культа личности.

 

               Александр ЕЛЕЦКИХ

 

 С.Тербуны