На Хопер — за долголетием

Александр Елецких и Василий Песков: : командировка на реку Хопер

Старые рыболовы знают: время, проведенное с удочкой, в жизненный срок не засчитывается 

Что ни говори, а рыбалка – очень даже увлекательное занятие! Под Воронежем в Костенках археологи нашли наидревнейшие снасти местных допотопных рыболовов: каменные грузила и невероятных размеров крючки — вот рыбка-то ловилась! Прошли века, а миллионы людей до сих пор считают рыбалку любимейшим видом времяпрепровождения. В Воронежской области в числе самых заядлых удильщиков ходят дед Щукарь с реки Хопер, да баба Настя из старинного донского села Бабки, что под Павловском. Старики эти, сами по себе, люди заметные. Баба Настя хоть и не китаянка, а шелководство осваивала, и даже рисоводом была. Ну, а дед вообще слыл чемпионом страны по гиревому спорту… 

Этот день выдался сухим и теплым. На лодке мы отправились обследовать Хопер. Нам предстояло проплыть с полсотни верст: от кордона Кутиха до загадочной Гришкиной ямы – мечты каждого воронежского рыболова, и далее – к местам, близким уже к Борисоглебску. 

У Протасова острова в протоке Хопра замечаю сухощавого старичка. Он блеснил, сидя на подобии гнезда из веток и травы, устроенном прямо на резиновой камере давно усопшего комбайна СК-3. Заметив фотокамеры, старичок заулыбался, шустро заработал веслами, напоминая «сидельца» на инвалидной коляске. Знакомимся. 

— Александр Ильич Мананников, инвалид второй группы и заядлый рыболов! – рапортует незнакомец и со значением добавляет: — Хотели, было, первую группу дать, да упросил перевести на вторую, чтобы жену не пугать! 

Александр Ильич с улыбкой рассказывает, что у него «в боку есть трубка, и вообще он после операции давно бы, если б не Хопер, да не рыбалка, загнулся, хоть силов еще в избытке». 

— Я здесь как дед Щукарь! — добавляет старик. — Мне ж ведь уж 75 лет стукнуло! 

Через минуту он, качаясь на волне, позирует перед объективом со щуками наперевес и рассказывает… 

Гиря — инструмент для души 

— На глазах двух тысяч зрителей в далекой Туркмении я такие выписывал пируэты с пудовыми гирями, что многие не верили. Кричали: «Да у него гири картонные!» Я как-то раз обиделся и уронил одну на пол — дело было в дивизионном клубе. Так мой «снаряд» пробил доски. Сразу тихо стало, и только восхищенные вздохи. Ведь мои гирЯ, как пчелки вокруг летали! 

Слово гири рыбак так и произносит — гирЯ, с каким-то особым ударением на последний слог. 

Имея за спиною «пять классов и коридор», Александр Ильич смог завоевать в армии громадный авторитет. И все – благодаря богатырской удали! 

— Я в пограничных войсках служил, там была кавалерия. Как-то раз пришли в часть 18 машин с овсом. Так я все эти машины в охотку сам разгрузил. Полковник Шаповалов, наш земляк, подошел. Посмотрел, как я мешки ворочаю. Велел мне впредь две порции еды давать. А потом даже отрядили в офицерскую столовую. Это после того, как я получасовую программу на концерте в клубе с гирЯми устроил. Все офицеры сбежались. Мускулы щупают, силище парня с Хопра удивляются. А я на офицерских харчах отъелся — будь здоров! Тренировки каждое утро, мышцы так накачал, что, шутя на спартакиаде военной два первых, два вторых и два третьих места даже по плаванью занял. Есть у меня грамоты, дипломы с армии, приезжайте к нам в село Калмык, я покажу. 

— Да я хоть сейчас на спор могу переплыть Хопер раз шесть туда-сюда! – совсем «раздухаряется» старик. Еле отговариваем. 

Секрет счастья 

-А что, Александр Ильич, часто рыбачишь? – любопытствую я, оглядывая неказистый спиннинг с железными тусклыми блеснами. 

— Так, почитай, круглый год на Хопре! Я борец с браконьерами, потому заповедник мне документ на право рыбной ловли, как ветерану труда, выправляет исправно! Сколько сетей я изрезал и закопал в землю – один Бог знает! Терпеть не могу браконьеров! 

Мананников долго бранит «бандитское племя», что изводит электроудочками рыбу. Оказывается, что наш старик каждый погожий день утром садится на велосипед и крутит педали 10 километров — от Калмыка до Протасова острова. 

-Я на ночь камеру надуваю, чтоб резина не рассохлась, утром сдуваю воздух, прикручу свою лодку к сиденью и верчу педали. Приеду, опять камеру надую, — рассказывает дед. — Если раньше, до операции, я за 75 выдохов камеру надувал, то теперь мне надо 140 раз дуть-пыхтеть… 

Старик смотрит на лодку-камеру, а я представляю его за ежедневным «надувательством» и проникаюсь уважением к этому подвигу старого рыбака, в нем еще трепещут отсветы его богатырской силы… 

-А что, — хорохорится Александр Ильич, обнажая жилистые бугристые мышцы на руках и ногах, — я каждое утро делаю 30 приседаний и 30 отжиманий, 

-И много ль щук ты здесь изловил? – спрашиваю. 

— Сначала считал свои уловы, потом сбился! Так я не только щук, но и порой окуней или судаков ловлю. Вот здесь, у Протас-острова, давеча жереха отхватил! Зверюга сильная, но я все ж сильней, вынул — не пикнул. Я и зимой не бросаю рыбалку. Лед как становится, так мой друг заезжает на санях, я ложусь на сено, и мы ходом, к реке. Я вот что думаю: самое счастье – не дома Богу душу отдать, а на природе, чтоб ангелы к Хопру слетелись и проводили меня, куда следует…Мол, был ты трактористом, был радистом и электриком, а главное – любил ты русскую природу, воевал за нее с браконьерами. И потому пусть душа моя не на подушке успокоится, а на прибрежной траве… 

Старый рыбак вздыхает и изготавливается вытащить из воды очередную щуку. 

— А я еще кукушек собираю! — оживляется он перед тем, как нам распрощаться. — Как-то в марте закуковал, лесничиха услыхала, прибежала к мужу и говорит: запиши дату первого кукования. А ведь я и правда, так подражаю птахе, что она за мною летит. 

… Мы уже миновали остров, отъехали на милю. И вдруг из чащи послышалась кукушка. Все встрепенулись, а потом рассмеялись — это Александр Ильич так с нами попрощался. А мы спешили на новую встречу — к рыбачке — светлой душою любительнице азартного вида досуга. Правда, для нее это не досуг, а, скорее, образ жизни. 

БАБКА ИЗ БАБКИ

— У нас в селе два «вечных» рыболова — баба Ганя была, рыбачила до 80 лет, да баба Настя — Анастасия Тимофеевна Тебекина. Она с 1925-го года, а каждую зорьку спешит к озеру с удочками, — рассказал директор павловского музея ВМФ Алексей Уханов. 

Продлеваю себе жизнь 

…Нудно моросит дождик. У дома Тебекиной под навесом умывается кошка. Гостей никто не встречает — соседка говорит, что Анастасия Тимофеевна с час назад ушла рыбалить. 

Спешу к озеру. Скользкая тропинка выводит к лодке, на которой в очках и плаще устроилась баба Настя. Клюет плохо, и она рада возможности поговорить. Оказывается, что бабка не только рыбак, но и имеет достаточно экзотичную для здешних мест профессию рисовода. 

В Бабке как следует аукнулись причуды «народного академика» Лысенко. Сначала пришла директива разводить тутовые деревья, чтоб в подражание китайцам производить шелка, скармливая листву шелковичным червям. 

— «Червивили» здесь целое десятилетие, — вспоминает Анастасия Тимофеевна, снимая с крючка приличного подлещика. 

А потом вдруг в Москве партия и правительство решили, что Воронежская область пригодна для выращивания риса. Вот и обязали бабкинцев сеять эту «китайскую» культуру. Благо, окитайчивание местного агросектора быстро закончилось. Баба Настя рассказывает: 

— Установили тут локомотив, чтоб воду на рисовые поля качать. Но от недостатка влаги и холодного климата рис получался никаким — хилая солома с недоразвитыми колосками. Не знаю, как отчитывалось за производство риса наше начальство, но всю рисовую солому, в основном, сжигали в топках того же локомотива. 

Зато в сельских усадьбах до сих пор произрастают деревья тутовника — на радость местной детворе. Им по вкусу пришлись ягоды, от сока которых так трудно отстирать рубашки. 

Нержавеющей страстью — рыбалкой — Анастасия Тимофеевна заразилась давным-давно. О своем увлечении она говорит емко и образно: 

— Так ведь я не рыбу ловлю — жизнь себе продлеваю. Говорят, что дни, проведенные на воде с удочкой, Бог засчитывает в срок жизни… Большую рыбу не часто поймаешь. Хотя бывали случаи, когда и караси больше килограмма попадались, и лещи. А так в основном красноперка, подлещик — на добрую уху хватает. Я рыбой никак не наемся — такая вкусная она у нас растет! 

Дождик мелко покрывает гладь озера мурашками. Баба Настя, завернувшись в плащ, сторожит поклевку. Бурные всплески у ближних камышей выдают атаку окуней на стаю плотвиц. Рыбачка молча смотрит на окружающий ее мир и словно ждет чего-то… 

Много чего ждут в этой жизни люди, населяющие провинциальную Россию. Кто-то, так ничего и не дождавшись, спивается, кто-то ударяется в богоискательство. Иные придумывают себе разные увлечения. А вот баба Настя ударилась в рыбалку — тихое занятие, способствующее модному ныне погружению в себя — медитации. Так и сидит Анастасия Тимофеевна за удочкой, медитирует… До очередной поклевки. 

Александр ЕЛЕЦКИХ.

НА ФОТО: СТАРЫЙ РЫБАК С ХОПРА. Фото — Александр Елецких.