Доктор Сяо

 

Андрей Окулов,

наш корр в Берлине.

Доктор Сяо

 

Зима в этом году была необычной для Германии. Со снегом и морозом. Будто, как компенсация, весна случилась быстрой. Резко переходящей в лето. Я по-прежнему чего-то ждал. Нового контракта на работу, выхода моего романа. Все буксовало.

Денег было мало. Оставалось только ждать.

Но в настоящий момент я был занят другим. Мой путь лежал на другой конец города.

Искать это место приходилось по карте. Сначала кольцевая берлинская электричка, потом метро. Транспортная система в Берлине весьма удобна, не сравнить с Москвой.

Я вышел на нужной станции, вышел на правильную улицу. Почти сразу – дом 100.

А мне требовался 10. Еще две остановки шагать?!

Но я спросил дорогу у какого-то турка. Он просто указал на другую сторону улицы. Берлин…. Номера домов могут чередоваться по совершенно странному принципу.

Действительно, искомый дом был на месте.

Невзрачный. На окне – объявление о китайской медицине и цветочном массаже ног. По умеренным ценам. На звонок вышел сам хозяин. Пожилой улыбчивый китаец.

— Добрый день, доктор Сяо!

Он ответил на полу-немецком, полу-китайском. Предложил мне кресло и быстро принес высокий стакан с цветочным чаем. Цветы плавали прямо в стакане, а в руки его взять было нельзя: горячо. Я так и ждал до конца сеанса, пока он остынет.

Через несколько минут доктор Сяо пригласил меня в процедурную. В доме, кроме меня, были только китайцы. Даже рабочие, которые ремонтировали  коридор.

Доктор начал что-то оживленно объяснять, поочередно показывая на разные части моего тела. Обстоятельно. Но по-китайски.

Я вежливо сказал, что не особенно понимаю. Доктор Сяо закивал, потом положил меня на кушетку и начал втыкать в меня длиннющие иголки. Было очень хорошо. Когда он, наконец, их вытащил. Я с облегчением вздохнул, но доктор протестующее  замотал головой. Процедура была не закончена. Потом он начал ставить китайские банки, которые должны были вытянуть дурную кровь. Потом массаж. Иногда болезненный, иногда – просто непонятный. Но оставалось терпеть, иначе последовали бы долгие объяснения.

Опять-таки по-китайски.

Доктор улыбнулся и сделал знак, что сеанс закончен. На сегодня. Я расплатился и записал дату следующего приема. В прихожую зашел очередной китаец: он что-то коротко сказал доктору, тот ответил и указал на дверь в соседнее помещение. Вошедший кивнул и последовал в указанном направлении. На меня оба не обратили никакого внимания. Я понял, что пора прощаться.

Район был тихий. Из тех, что расположены на окраинах европейских городов, и всем своим видом как бы говорят: проходи, здесь нет ничего, что бы могло тебя заинтересовать…

Выходя из комнаты, где доктор Сяо принимал больных, я обратил внимание, что врачебный офис был достаточно большим. Как правило, доктор пользовался для сеансов иглоукалывания лишь одно комнатой. Радом была кухня, еще одна комната непонятного назначения, потом коридор… По всем комнатам доктор меня не водил, а спрашивать о них по-китайски я не мог.

Через несколько дней состоялся следующий прием. Доктор был как обычно немногословен. Он сосредоточенно втыкал в меня иголки. По окончании он жестами пригласил меня в следующую комнату. Там стояло кресло опутанное проводами. Доктор достал из шкафа какой-то мешочек, потыкал в него пальцем и сказал на ломаном немецком:

— Китайские травы. Это хорошо…

Он жестами пригласил меня сесть в кресло. Потом опутал меня проводами и привязал мешочек с травами на живот. Запах моментально заполнил комнату. Но отличить целебные растения от сена по запаху  мне было не под силу. Да, наверное, и не только мне.

Доктор Сяо опутал меня проводами и подключил их к какому-то аппарату. Потом всунул вилку в розетку. Я ощутил сильное покалывание.

— Надо ждать… Вот сколько!

Он ткнул пальцем в циферблат на аппарате. Да, что-то около часа. Но делать нечего. Внимательный доктор притащил из соседней комнаты маленький телевизор и поставил его на тумбочку напротив. Потом он повертел антенну наверху аппарата и улыбнулся.

— Ждать… Пока телевизор…

Скучнейшие немецкие программы будто усиливали надежду на действие китайских трав. Электрические разряды покалывали: сначала – резко, потом – потише и монотонно. Через каждые пятнадцать-двадцать минут доктор Сяо заглядывал в комнату и вопросительно смотрел на меня. Я ободряюще кивал в ответ.

Телевизор рассказывал что-то про чемпионат по лыжам, аппарат размеренно гудел и покалывал меня током, травы источали не то аромат, не то просто запах свежего сена. Вдруг, за стенкой послышался  громкий шорох. Довольно неопределенного происхождения. Я поначалу не придал этому значения. Но шорох повторился. Как если бы кто-то скреб по стене когтями. Кошка? Кто его знает. У китайцев все может быть.

Сеанс подошел к концу. Доктор распутал меня, взял положенные деньги, назначил следующий прием и попрощался. Я шагал по вечерней берлинской улице и удивлялся. Что это за шорох? Наверняка китайские рабочие что-то ремонтируют. Нельзя быть таким мнительным…

Сеансы иглотерапии продолжались. Все они стоили денег, но мать считала, что на здоровье экономить нельзя. Мне казалось, что улучшение есть, но наступало оно слишком медленно. Я уже не считал однообразные сеансы. Иглы меня тоже больше не страшили.

На очередном сеансе он велел мне лечь на живот. Голову я положил на специальную подставку, которая была удобной, но исключала возможности даже заметить врача. Доктор кряхтел и втыкал в меня иглы. Потом он что-то вспомнил, похлопал меня по спине — велел не двигаться, и вышел из комнаты. Через пять минут я услышал его шаги. Он вернулся и продолжил сеанс. Его ловкие пальцы точно втыкали иголки в участки, понятные лишь ему одному. Иногда мне казалось, что это неплохо – лежать на животе и не видеть, что вонзается тебе в спину. Но во время этого сеанса мне показалось, что облегчение стало явным: ноги и руки будто стали легче.

Руки доктора Сяо находили новые точки, они нащупывали их, проверяли на чувствительность, а затем туда вонзалась тоненькая игла. Только порой мне казалось, что  ногти доктора на этот раз затвердели: их прикосновение не было болезненным, но это было игрой домашнего котенка, который щекочет, но не царапает хозяина своими коготками. Когтистые руки закончили свою работу. Дверь открылась, и я услышал раздраженный голос доктора Сяо.

Интересно, а кто тогда проводил процедуру?! Ведь лежа на животе я его видеть не мог.

Доктор Сяо продолжал ругаться по-китайски. Я попытался приподняться и оглянуться, но доктор властно придавил меня к койке. Раздался тихий шорох, и что-то выскочило из комнаты. Но что это было, я разглядеть не мог. Когда мне удалось, наконец, повернуть голову, передо мной стоял все тот же доктор Сяо. Только несколько встревоженный.

— Вы закончили? Или это были не вы?

Доктор Сяо виновато вздохнул.

— Сначала я. А потом – не совсем…

Я сел на кровати и начал одеваться. Потом замер.

— Доктор, вы на каком языке это сказали?!

Доктор Сяо грустно улыбался.

— Значит, вы меня понимаете? На родном. Других я, к сожалению, пока не знаю….

Я машинально закончил одеваться.

. — На сегодня сеанс закончен?

Доктор закивал головой и обеспокоено сказал.

— Вы не беспокойтесь, это через час пройдет. Все, кому Иньянь делает сеанс иглоукалывания, потом целый час понимает все языки мира.

Я удивленно смотрел на доктора: его артикуляция была незнакомой. Но я понимал каждое слово!

— А кто это – Иньянь?

Сяо покраснел.

— Дракон. Мы их очень уважаем. Дракон в Китае – символ счастья, удачи. Иньянь очень стеснительный. Он обычно наружу не выходит. А тут…. Он воспользовался тем, что я вышел на пять минут. Он вас не поцарапал своими коготками?

Я помотал головой.

— Да, он очень осторожный, словно кошка. И то, что он решил провести вам сеанс иглоукалывания – большая редкость. И многое значит.

Я с любопытством попытался заглянуть в приоткрытую дверь, но доктор сердито захлопнул ее у меня перед носом.

— А по поводу того, что вы по-китайски понимаете, это через час пройдет, не волнуйтесь!

Я рассмеялся.

— Очень жаль, так приятно было, наконец, понять, о чем вы говорите…

Доктор провел меня в прихожую. Я расплатился.

— Останетесь на ужин? Я сам буду готовить.

— И дракон ваш будет?

Доктор Сяо заулыбался.

. — Драконы ничего не едят. Не положено. И тревожить его сегодня не стоит. Он не любит.

Я подошел к входной двери.

— А как вы его в Германию провезли? Без визы…

Сяо засмеялся.

— Это у него нужно спросить. Он со мной давно. И ему все равно – в какой стране.

— До свидания, доктор! Жаль, что больше не смогу понимать ваш китайский…

Я вышел на улицу и направился к метро. Вдруг, громкий стук, доносящийся из окна клиники, заставил меня поднять голову.

Из окна мне приветливо махала когтистая чешуйчатая лапа.