Реки из Детства

РЕКВИЕМ ПО ХОЛОПЧИКУ

Лет пять –семь назад река Холопчик еще была живой и чистой. Помню то прохладное лето, когда мы с другом притормозили у моста через речушку, ускользающую в лозняке в сторону Нагорного…
-Попытаемся? — с чувством безнадеги говорю я и вынимаю спиннинг и удочку, звеня снастями в пластмассовой коробке.
Друг саркастически улыбаясь нехотя плетется с дорожной насыпи за мной. Воздух пропах разнотравьем и было так сладко, что в горле першило… Цвел шиповник и тонкий аромат, казалось, проникал в каждую клеточку мозга…
И вот он — омуток, скрытый нависающими лозами. В солнечную дыру, сквози листву замечаю стаю голавлей. Осторожно вхожу в воду и пускаю поплавочную снасть вниз по течению. Насадка — кукуруза, из банки "Бондюэль"… Поплавок не успел проплыть и десяток метров, как черная тень , что метнулась из-под куста — увлекает его в глубину… Рывок — четырехсотграмовый красавец голавль в садке…
В следующем омутке я заметил трех щук. Одномерные, по килограмму с небольшим, они стояли в центре потока, словно бычки на водопое. Первая мигом соблазнилась на "Меппс" третий номер. Вторую я взял минут через десять.
Друг пожалел, что поплелся за мной "на разведку" без снастей. Я передал ему удочку и он вернулся с тремя голавликами… По дороге на мост мы вспугнули из кустов крякву и видели ондатру, волокущую кусок тростника…
Прошло время. Построили солодовню. Пустили без очистных, но с грандиозной бесплатной пьянкой в фирменных "шатрах", пляской на стадионе и пьяненькими речами некоторых начальников, обещающих золотые горы. Которые кончились после того, как солодовня перестала платить местные налоги…
Мне позвонил физрук Васильевской школы и приехал за мной на автомобиле.
Мы объехали Холопчик. От него перло кислухой. Накануне прорвало земляную плотину и вал отходов, смешанных с фекалиями коллектора райцентра — забил колодцы по линии реки и превратил Холопчик в зловонный, пенистый поток. Громадные, рыжие шапки пены временами устилали всю реку.
-Хана и Холопчику, И Олыми! — подвел итог учитель физкультуры…
-Облагодетельствовали, подлецы! Кому — барыш , а кому — вонь да шиш! — добавил он.
Я выслушивал слезные рассказы жителей, которых уже однажды спас от пуска склада взрывоопасного жидкого аммиака- что предстоял на пьяную лавочку, с ползающими работниками СЖА , блюющими между хранилищ, о мошкаре и вонизме в домах, о головной боли и кашле детей, живущих в домах на берегу Холопчика…
И гордые слова о будущем Тербунов и величии ОЭЗ таяли на глазах…
Таяли, как рыжая пена, покрывающая реки…

 

ОЛЫМ — УМИРАЕТ

 

У меня есть река детства — Ольховатка. Она гораздо короче Олыми , но в ней водятся такие рыбы, как сом и налим, которых нет в той же самой Олыми.

Мою реку Ольховатка, всю, без остатка, выпивает сахарный завод. Взамен он отправляет в реку Черная Калитва мутный и горячий поток отработки, пахнущий жомом и кислухой…

 С Олымью я познакомился в 1977 году. Эта река протяженностью 150 верст сразу влюбила меня своими чистыми перекатами и рыбными зорьками.

 По количеству голавля — это была самая щедрая река России. В чистой воде, с обрывистых берегов, можно было видеть косяки чернохвостых красавцев, что охотились на упавших в воду насекомых.

 До 1981 года в Олыми можно было изловить крупных раков.

Выше по течению стоял Олымский сахзавод, что раз в три года , зачастую зимой, притравливал реку своими залповыми выбросами и из лунок доносился характерный запах отходов. Но река быстро оживала — сказывалось наличие родников , ручейков и притоков, в которые устремлялась во время выбросов рыба…

 Два года назад, на Олыми, в районе Апухтино, провели семинар РФ по нахлысту. Уже тогда рыбаки отметили, что экология реки обеднела. Хотя уловы были еще достаточно щедрыми.

В переводе с тюркского — ОЛЫМ — восточная сладость. Вбейте в поисковик ОЛЫМ — и появятся ссылки на эту ВОСТОЧНУЮ СЛАДОСТЬ.

  Только теперь не до сладостей!

Солодовня в Тербунах сначала работала вообще без очистных.

А как торжественно отмечали открытие солодовни!

Халявная водка лилась рекой, понаехали журналисты. Им показали все цеха, все уголки, кроме не работающих очистных. Показуха, как в период застоя!

На пресс-конференции я задал вопрос и мне не ответили. Зато сказали, что в районный бюджет пойдут миллионы.

Сегодня солодовенный платит Москве. Все работники солодовни числятся и платят налоги в Москве. В тербунцах значится на солодовенном только  ОДИН  человек…

Неужели ради ОДНОГО мы загаживаем свой край?

Клейкие "сопли" и щедрая рыжая пена — забили еще недавно живой Холопчик — приток Олыми, где пять лет назад я ловил на блесну щук и головля. После того, как временная запруда у Шубякина леса прорвалась — гнилой поток забил колодцы и родники по руслу Холопчика в районе Васильевки.

 Жители села стали жаловаться на обилие комарья и мошки и резкий запах, что проникал в форточки домов, что на побережье загнившего Холопчика.

  Вторая беда — райцентр Тербуны имеет хлипкий и грязный коллектор, насосная станция отравила половину карася в гниющем пруду Водокачка. Дерьмо и химия коллектора свободно течет в Олымь, впадая в ручей солодовни у загаженного Шубякина леса.

 Впереди — наращивание мощности солодовенного и строительство ОЭЗ, которая несомненно — добавит отходы в общий поток к Олыми по отлаженному солодовней и коллектором пути …

 Есть впечатление, что по выходным солодовня опустошает наполовину резервуары очистных и шапки рыжей пены покрывают Олымь…

 Сегодня позвонил друг и рассказал о беседе с рыболовом из Заречного. Зареченец сообщил:

"Примерно неделю назад — Олымь покрылась рыжей пеной. Рыба одурела, пошла кругами, мы взялись за подсаки. Кому то посчастливилось выловить сазанов по 4 килограмма, в вялом состоянии рыба тыкалась о берег."

То, что с Олымью произошло ЧП — я убедился осенью. Мы с друзьями приехали на Олым порыбачить, то была моя первая рыбалка за полгода…

 Весь залив был покрыт черными ошметками, напоминающими лепешки навоза.

Река казалась мертвой. В прошлом году здесь все время играл жерех, бурлил у берегов голавль… А сейчас — даже прикорм с глиной не помог: ни одной поклевки! Ошметки, коричневые и крупные — мешали забросу, они постоянно плыли по реке. Я пожалел, что не прихватил свой "Кэнон"…

 И я подумал: неужели мы должны простить тем, кто бездумно отравляет реки нашего детства?

Кто стоками солодовенного — наводнил Олымь буро-зелеными водорослями, забивающими жабры у рыбы и затрудняющими работу водозаборов, ведь Олымь впадает через Сосну в Дон.

 И появляются вопросы:

Когда КНС уберут от берега Водокачки?

Когда в Тербунах появятся современные очистные?

Когда появятся комплексные очистные у растущей на глазах ОЭЗ?

И главный вопрос:

Когда мы осознаем, что реки нашего детства — выше и дороже барышей и сотен рабочих мест на обсирающих Природу предприятиях?

 По берегам Олыми, что течет в границах четырех областей России, в том числе – ВОРОНЕЖСКОЙ  — ютятся более 70 сел и деревень. Теперь они ютятся на берегах умирающей реки. Жители этих населенных пунктов — заложники тех, кто манипулируют нашим сознанием. И зовут в даль светлую. А она — даль грязная. Мертвая и гнилая…

 

А Елецких