Сны липецкого демократа. Сон первый, нигилистический

О ПОЛЬЗЕ СНОВИДЕНИЙ

Это сюрреалистическое  произведение  очень полезно для всех вменяемых россиян. И особенно —  для студентов исторических факультетов или того же журфака Ельца, где учат якобы будущих журналистов чаще всего  случайные , не вкусившей прелестей черноземной  журналистики , люди .

Этот сюрреализм, своеобразная политическая притча,  полезна тем, кто причисляет себя к депутатам , продолжателям традиций Новой России, начатый нашей демгруппой, в которую в 1990 году вошел и я, областной депутат, выдвинутый малой родиной Олега Королева.

 Эта  притча весьма кстати —  независимому судейскому сообществу. Наконец, это повествование – горькое, но нужное  лекарство для липецкой госноменклатуры, особенно той ее части, что помогала  исказить историю создания в Липецкой области – первых периодических изданий.И тем, кто активно помогал реваншу липецких коммунистов в 1992 году…

  Несомненно, что подобные повествования ИНАКОМЫСЛЯЩЕГО, независимого журналиста  —  целебны для всего журналистского сообщества …

                    ТЕНЬ ЧЕРНОГО ПОРТФЕЛЯ

Семь ночей подряд мне снились кошмары. Каждое утро я просыпался и записывал в простую тетрадь все увиденное, спеша, пока не выветрились из головы  картины, каким позавидовал бы и Зигмунд Фрейд, и Михаил Зощенко, что относились к природе сновидений очень серьезно…

 Семь снов, которые потрясли душу. Восьмой сон и последующие — был уже не о чем – детство, прогулки по лесу, ежик в яблоневом саду, где мы с отцом собираем грузди, большие, как суповые тарелки.

 … А все началось с просмотра повой серии «В круге первом», с комментариями за кадром самого автора —  Александра Солженицына…

 Того самого Солженицына, кому однажды в «Правду», где вышел очерк Александра Исаевича,  написал мой отец, литератор и географ,  и даже получил от него письмо. Оно хранилось в черном кожаном портфеле, в его отделениях, вперемешку с журналом, где был опубликован  «Один день Ивана Денисовича», с письмами  его друга- главного редактора «Советский Союз» Николая Грибачева ,  знатока творчества Есенина дяди Васи , моего крестного,  конверт лежал рядом  с письмом моего нынешнего приятеля  по командировкам – Василия Пескова.

  Тот черный портфель сохранился. И он,  как и мои СЕМЬ СНОВ – вмещает в себя тайны пребывания на земле великого духа Храбрости…

 Тень черного портфеля витала во всех семи моих снах. Пребывая то в руке Иосифа Сталина, то на столе перед губернатором Олегом Королевым, то на окне, в уголку, где примостился Исаак Розенфельд, знаток славянской души, создатель  злобных статей в пику ненавистного ему журналиста из Тербунов.

  И чем ближе время, когда в Липецке, обалдевая от предыдущих успехов, редколлегия «Липецкой газеты»  захочет снова покуситься на пару миллиончиков из областного бюджета, предложив  в качестве юбилея – 90 летия неизвестно чего – тем  острее было мое  желание взяться за расшифровку моих СЕМИ СНОВ.

АККОРД

В Кремле я был и наяву , дойдя  вместе с губернатором Геннадием Купцовым и Представителем Президента Равилем Касымовым – до  громадной вывески у двери. На которой не было ни должности, ни звания. А лишь фамилия  человека из окружения Ельцина – Геннадия Бурбулиса. Мы беседовали с Бурбулисом и поражались затейливости и  многозначности его фраз. Но по настоящему Дух Кремля  — ощутил в ПЕРВОМ СНЕ…

                    ПРИГЛАШЕНИЕ ПО ТЕЛЕФОНУ

   Я забылся. И телефонный звонок, мелодичный, как дудочка Крысолова, заставил непостижимым образом снять трубку и услышать голос…  Иосифа СТАЛИНА:

-Гамарджоба, генацвале Александр Леонидович!

-Гаумарджос, Иоиф Виссарионович! – обалдело отвечаю, соображая, как мог узнать Сталин, что я немного разговариваю на родном ему языке…

(В первом сне, как и в последующих шести- это странно, конечно…   Но я   даже не задавал себе вполне логичных вопросов: «Как мне может звонить давно умерший вождь всех времен и народов…)

А  Сталин продолжал  дышать в телефонную трубку, деловито осведомляясь о моем здоровье. Знакомый по кинохронике голос спросил:

-Рогорахар, батоно Елецких?

— Гаргат. – Отвечаю, справедливо ощущая себя пока здоровым хотя бы во сне…

Сталин опять перешел на русский, предложив мне следующее:

-Тут мы в узком кругу товарищей обсуждаем современное состояние России. И для анализа взяли Липецкую область. И мне порекомендовал вас пригласить для беседы  в качестве эксперта – Михаил Никифорович Полторанин. Знаете его?

— Знаю, Иосиф, был не раз  в кабинете министра печати России на собеседовании и по приглашению. Он мне в 1990 и 1991 приглашал, давал  пост в министерстве. В программе «Время» — цитировал мое письмо,  этот кусок телерепортажа  на диктофон записал Владимир Савельев, человек, затем травивший с Розенфельдом  меня в украденной ими газете. И просто так , по работе встречались с Полтораниным – в Москве , Липецке, Воронеже.

  — Ну и хорошо, товарищ Елецких. Правда, возможно не товарищ- господин? —  Как правильно?

— Зовите уж гражданин… Это нейтральный… статус.

-Договорились, генацвале. Но  я звоню, чтобы пригласить тебя  ко мне на пару часиков.

-Ромели сати? – спрашиваю Иосифа, ища часы на столе.

-Ори…- слышу ответ

-Ори? Два часа ночи?

-Ну да.  Я привык работать по ночам. Можно хоть раз, гражданин Елецких,  приспособиться и к режиму вождя?  Я пришлю тебе машину…

  В телефонной трубке раздались короткие гудки…

  И вот я опять, непостижимым образом, выхожу из черной «эмки», меня проводят по лестнице на второй этаж,  затем куда-то опять спускаемся и опять поднимаемся. Нам отдают честь дежурные и часовые. И вот меня почти вталкивают в кабинет,  в котором за столом, попивая чай с лимоном, сидит семь человек. Во главе стола – Иосиф Джугашвили. В сером, парадном костюме, он медленно набивает трубку, разрывая папиросы «Герцеговина флор».

— Доброй ночи! – на автопилоте говорю я и присаживаюсь на свободное восьмое кресло.

В ответ – тягостное молчание. Молчит Сталин. Помалкивает , поблескивая очками, Берия, недобро глядят в мою сторону Олег Королев и  Михаил Наролин, молча тарабанит пальцами по столу Понтий Пилат, и  лишь в глазах Михаила Полторанина и Геннадия Купцова нет льда и ненависти. Живые и мертвые. Все в одной команде. И еще… Как я узнал, что то, в римской тоге – Понтий Пилат. Ах да – у каждого, включая Джугашвили – бейдж. Пластиковые квадраты на пиджаках, с надписями: «Олег Королев, липецкий гу бернатор», «Понтий Пилат – посланник Рима», «Иосиф Джугашвили – деспот»….

  -Товар… гражданин Елецких, Вы со всеми знакомы? – нарушил молчание Иосиф.

— Да. Вот только с Понтием Пилатом – заочно, по книгам, фильмам…

 Понтий Пилат, Прокуратор…

Пилат привстал, хрипло выдохнул: «Пилат, Понтий… Бон джорно, синьорэ Александрэ…

Какое там бон джорно, третий час ночи…  подумал я , глядя в карие глаза Пилата,  с явным признаком близорукости.

-Ну, это у вас в Риме, ла Италья,  – сейчас может и  бон джорно…По русски понимаете? – ответил  я Пилату.

-Здесь все понимают! – заверил меня Сталин. И  обратился уже ко всем:

-Я пригласил вас оценить состояние советской России на примере Липецкой области.

-Иосиф, у нас нет давно советской России! – заметил я, наливая в стакан чаю из пузатого самовара, что пододвинул ко мне, подмигивая, Геннадий Купцов.

-Вы заблуждаетесь. У вас нет Советов? У вас нет депутатов от народа России? Так,  Олег…  товарищ Королев,  скажи, у вас в Липецке есть областной Совет депутатов?

-Да , Иосиф Виссарионович. И после проклятого путча, после неудачной попытки… после ненавистной победы Ельцина,  наше коммунистическое большинство, поразмыслив, избрало меня своим спикером…

— Так значит все же – Липецк советский – до сих пор? Ты Олег – коммунист?

Королев стушевался. Он заметил острый взгляд  Лаврентия. Берия держал в левой руке маузер, а левой – привычным движением отирал батистовым платком  вороненый ствол.

-В душе был и остаюсь коммунистом, товарищ Сталин. Первым секретарем райкома КПСС работал. И мы, коммунисты, самые достойные, стройной шеренгой перешли под знамя «Единой России». Но  с одной гениальной идеей – продолжить ленинское … и ваше, товарищ Сталин, коммунистическое учение – на новом витке, когда Россия уже вышла из штопора в полезную плоскость. Чтобы снова не пустить Россию в штопор…

-Куда-куда Россию не пустить? Какой штопор? – Поинтересовался Пилат, держа в правой руке настоящий штопор, а в левой – бутылку «Ркацители».

— Я же так, про штопор —  для важности сказал! Вам же лучше , не могу же я за вас ответы находить… – пытался отшутиться Королев.

— И всего то? – сказал Иосиф , щелкнув пальцами.

 Геннадий Купцов пододвинул к Сталину личное дело Королева.

С минуту Иосиф перелистывал документы, недовольно морщась…

 

 на фото Г.В. Купцов

 

 -Так ты лесничий? Или мелиоратор? – Сталин презрительно посмотрел в сторону липецкого губернатора.

  Олег Королев судорожно ловил открытым ртом воздух. Видимо и его мысли вошли в штопор при остром взгляде Лаврентия.

 За него ответил Геннадий Купцов: «Он, Иосиф, в Саратове на лесничего выучился. Подфартило – злые языки утверждают: еще молодым —  Олег  организовывал в Долгоруково охоты хорошие,  для нужных людей. В секретарях парткома походил. В председатели колхоза выбился. А потом  Виктор Донских, шеф его – невзлюбил Олежку за  особое… красноречие , и   турнул. Стал Королев  главным мелиоратором, а потом главным оратором области…

— Короче – его величество Случай. Вовремя попал в нужное место…- сказал Понтий Пилат и добавил: «У меня был знакомый. Брут. Предал  своего хозяина.» -При этих словах Понтий внимательно посмотрел на Михаила Наролина.

 Взгляд Пилата перехватил Сталин. Пыхнул трубкой, высморкался в оранжевый платок. Тихо рассмеялся. Затем произнес, показав трубкой в сторону Королева:

Этот челавэк, Михаил Тихонович, вас заменил на посту главы области честна, по коммунистически?

Михаил Наролин поднялся, прижимая тонкую папку с документами к груди. Ответил:

-Ну может и по коммунистически меня Олег заменил. Но не честно. Примерно так же нахально, как заменил на посту спикера  Олега Дячкина, своего тезку.

— Нэ понял. Так честно? Или по коммунистически?

Михаил Наролин стал вынимать из папки стенограммы сессий, вырезки из «Ленинского знамени»,  «Липецкой газеты», других газет. Пояснял по ходу шелестения газетами и стенограммами  :

-Вот тут меня Олег назвал «крупным хозяйственником и умнейшим руководителем регионального, а может и российского уровня»,… Да, а вот  тут на сессии сказал, что он меня уважает, ценит и любит, «как великого умельца и знатока  экономики родной земли»…

   А здесь – Олег  поблагодарил меня за громадный личный вклад в деле подъема экономики Липецкой области и создания  четкой вертикали власти…» И таких заверений Олежека  в любви и уважении ко мне – десятки, если не сотни… А потом сразу предал, закрутил карусель, втянул моих глав на местах, типа своего дружка из молодых «персеков» —  Кольки Тагинцева, не успел я его убрать… — Тут Михаил Наролин тихо подошел к Королеву, швырнул перед губернатором вырезки. И тихо сказал : «Какой же Олежек, ты Иуда!»

Королев хмыкнул, покрутил пальцем у виска и тихо отпарировал: «Сумасшедший старик, великий слепой. Это же политика, тут слова цены не имеют…Я знаю 234  внешне законных способа отъема власти, а эта политическая развалина только 37.Потому я и победил тебя, Мишаня!..

-Ничего, Тихоныч! Зато когда ты помре, мы  все газеты некрологами залепим, зуб даю! Я, Олег Королев, тебе, старец Наролин, лично проникновенную речь произнесу!  

И в своей подручной газете про тебя громадный некролог дам! Потерпи, ну предал один разочек я тебя, а кто в политике России — чистый? Приходится и в говне измазаться, так что —  дед Миша, обожди, мы тебе еще и памятник поставим. Но — потом!» — Королев хмыкнул и обвел всех королевским взглядом.Это я тебе как свежий кандидат наук обещаю! 

-Иуда ты, Олежек!- с горечью повторил Наролин. и добавил: "Только полный тупица…  с такими деньгами и с губернаторским постом сегодня , когда все продается и покупается, — не сможет профессором стать. Всяческих наук, по выбору…Я в профессорские игры играть не стал — несолидно в профессорские мантии  рядиться…Так что все ж ты, Олежек — Иуда!"

— Иуду, Миша, из рода Искариотов —  не трогай. Я его лично знаю – не такой уж плохой человек. Беспартийный! – пробасил Понтий Пилат,  на всякий случай вынув короткий меч легионера и постучав по столу. В левой руке Пилата я заметил старый отцовский черный портфель. Тот самый…

-Понтий, извини, это я в переносном смысле,-  Пояснил Наролин, возвращаясь на свое место, рядом с Купцовым.

-Так. Мне ясна позиция товарища Наролина и понятен его взгляд на моральный облик Олега, губернатора, бывшего коммуниста.  Михаил Никифорович, пора предоставлять слово твоему эксперту. Как ты думаешь?

 Полторанин подошел ко мне, по дороге похлопав по плечу Геннадия Купцова.

Положил передо мной папку бумаг. На папке надпись «К докладу. Липецкая область».

— Гражданин Елецких, сколько Вам надо, чтобы подготовиться к докладу? Три минуты хватит? – в голосе Джугашвили была напряженность усталого старика.

-Хватит! – ответил за меня Полторанин и возвращаясь на место, уже хлопнул по плечу Наролина.

 М.Т. Наролин

 Я быстро пролистал папку. Справки, отчеты, цитаты из газет, ссылки, фотографии. Диаграммы, таблицы… Я вспомнил срок своих полномочий Тербунским главой района, усмехнулся… Господи, как это противно – заниматься анализом  того, что  напоминает постоянный геморрой. Ни другим показать… Ни  плюхнуться в кресло перед телевизором. Правда, у меня не гемор, у меня радик. Болезнь любителей зимней рыбалки…

   В тишине кашлянул Берия. Я вздохнул, как десантник перед прыжком. И сказал : « Хорошо. Но давайте, Иосиф Виссарионович, мою экспертизу проведем в форме интервью. Мне задают по теме вопросы, я отвечаю…

-Ну… хорошо. Только сначала задам вопросы я. А потом сам определю, кто и какие вопросы задаст нашему эксперту по Липецкой области. Договорились?

— ВозВражэния есть? – спросил Берия, снимая маузер с предохранителя.

-Нет, нет возВражений! – поспешил ответить за всех Наролин…

-Ну, харашо. Тогда начнем…- Иосиф выбил трубку о стол. Горка пепла тут же исчезла в подставленном Лаврентием совочке.

            МОЙ ОТЧЕТ СТАЛИНУ И КАМПАНИИ

И тут наступила самая важная часть моего сна. Сжав красную папку с документами, я прошел  по ковру к карте Российской Федерации , укрепленной на стене, между картинами. На одной – Ленин в разливе, убивает зайцев, спасшихся на острове. Под картиной подпись на серебряной пластине «Антимазай на охоте». На второй картине был изображен  Хрущев, стучащий ботинком по трибуне зала ООН. На серебряной пластинке выгравировано: «Хрущев демонстрирует качество обуви фабрики «Скороход». Я усмехнулся, отвел взгляд от картин и положил папку на подобие пюпитра, словно сдавал  задание по сольфеджио.

О ГЕОГРАФИЧЕСКОМ «САЛАТЕ»

  -Итак, гражданин Елецких, приступим…-Сталин поднял вверх пачку «Герцоговины Флор» и  потряс ею, сказав:

-Я лишь сегодня услышал о Липецкой губернии. От Полторанина. С помощью Лаврентия мы собрали здесь всех, кто мне нужен. Скажи, что это за новая область высокого давления? Как и зачем ее  создали… Давай, не стесняйся. Я тебя внимательно слушаю…

-Да уж. Три часа ночи. Слушает он, диктатор! Сатрап! – буркнул я.

Раздался выстрел, мою левую щеку ожгла пуля… Крови не было, но ожог чувствовался ощутимо. Я поморщился.

-Лаврентий, не мешай. У тебя потом будет случай. И вообще, ты савсэм глупец!-. Ты как дзроха, глупая , безрогая корова! —  Если стреляешь когда, Лаврентий– попадай. А так – мне только карту России, чатлах, испортил! Эксперт – невредим, а карту надо менять! Чатлах!  – Сталин схватил со стола мандарин и метко бросил в Лаврентия, попав прямо в ухо. Берия ойкнул и потер ушибленное место.

 

-Продолжай…  гражданин Елецких, продолжай отвечать диктатору и сатрапу —  на вопрос!

Я посмотрел на карту. Там, где был город  Сталинград  – зияла дыра от пули, выпущенной Лаврентием.

— Этот придурок в Сталинград  попал! – скорбно  заметил я , глядя в глаза Иосифа.

 — Лаврентий, ты все же дзроха! Придурок, вах! Ты на него, Александр,  не обижайся, он нервный с детства, бальной савсэм. Продолжай, ждем!

-Липецкая область появилась официально 6 января 1954 года. Его скроили после упразднения ЦЧР из кусков Воронежской, Пензенской, Тамбовской и других областей…- начал я, как ученик ,  печально смотря в потолок.

-И какой дурак этот геаграфичэский салат  выдумал?

-Документ подписал Никита Сергеевич Хрущев, ваш выдвиженец.

-Никитка? Вах!  Действительно, дурачок! Лаврентий, найди этого лысого и расстреляй. Где он сейчас?

-Хрущев? Дежурный по смоле. У котлов, к теплу прибился…- ответил Берия, полистав пухлую записную книжку.

-Так вот, Лаврентий. Завтра же расстрелять, хватит  ему лысину греть…

-Так ты уже, Коба,  семь расстрельных приказов на него  подписывал. А он дырки от выстрелов — смолой заляпает и бегом назад, к котлам…Зомби, одним словом.  Может его в котел , в смолу бросим?

-Не, это не гуманно. Это Турция послов Армении, Грузии,  России в котел бросала. И  неудобно перед ООН, все же бывший лидер КПСС. Так что не в котел. Еще , еще расстреляй товарища Хрущева  разок, на дальние круги, подальше от котлов, у реки Стикс… Он географию Кругов Ада плохо знает, точно.

— Вах! Ладно, Иосиф, сделаю только  для тебя, генацвале.

Сталин,  перерезав кинжалом  мандарин пополам, продолжил:

-Значит, слепили Липецкую область в 1954 году… И кто ее возглавил?

-Так Жуков, он до этого в Воронеже главным партийцем работал,  депутат Верховного Совета, помнишь, Иосиф? – за меня ответил Наролин.

-И никакой он не Жуков, а Жук, это я сказал на Пленуме: «Какой такой Жук? Фамилия не пайдет, давайте изменим. Будет Жуков, еще один, порадуем нашего маршала , чтоб было ему не одиноко… Да, Жук. Вспомнил. Пусть эксперт продолжает!

— Так вот,  образовали область, НЛМК передали от Воронежа Липецку, учредили газету «Ленинское знамя», потом она стала только газетой липецких коммунистов…

— Как это? Выкинули учредителей – областной Совет? – недоуменно поднял глаза Иосиф.

-Да. Переучредили, в обкоме решили и  выкинули президиум облсовета…

-Лаврентий! Кто сделал эту гнусную провокацию? Как это – отделить советскую власть от партии?  Вот так эти козлы и развалили КПСС!  Создали полозковскую партию, сраную КПР,  и поехало! Найди виновных, доложи и расстреляй. Кто зачинщик? Донских, Павлов или этот, всегда забываю – Манаенко – хохол,  что ли?

— Нет, Манаенков, Юрий Алексеевич. Он не хохол, он тамбовский…Приятель Юрия Дюкарева, который помогал Королеву власть брать!- Пояснил я.

-Тамбовский?. Значит – эсер! Плохо там поработал маршал Тухачевский, не всех эсеров вычистил… Там ведь мы власть коммунистов лишь в 1921 году  создали. Слыхал?  Как у тебя, Елецких со знаниями  истории КПСС?

-Ну, мать моя — историк, я старался к ее урокам готовиться, экзамен в госуниверситете на пятерку, по «Истории КПСС» сдал. Я то сам воронежец. А Исаак  из бывшего уездного Липецка глумился: «Тербунец, сбежавший с автоматом, комиссар, демократизатор…»

— Экзамен по истории КПСС на пятерку…Хороший чалавэк! – одобрил , перебивая мысль, Лаврентий.

-Вах, маладэц! – похвалил меня Иосиф.

-Ну а  те, кто «забыл», что областная газета «Ленинская знамя» …  родилась вместе с Липецкой областью, то есть 6 января  1954 года- стали нести чепуху…

— Точно! – подтвердил Геннадий Купцов.

На фото: Геннадий КУПЦОВ.

 

-И что они стали утверждать? – напрягся Сталин.

-Ну всякую ересь, обидную для краеведа. — С позволения губернатора Наролина и затем  Королева — стали скоро утверждать, что газете «Липецкая газета», учрежденной в 1991 году –  то вдруг 80 , то потом 85 лет.

-Как это? – оторопел Сталин?

-Они, анархистские   сволочи,  плохо знают арифметику и…  мой характер!- задумчиво сказал Лаврентий. Ожил  Понтий Пилат, цитируя документы, разложенные перед ним:

-Они стали утверждать, что «Липецкая газета» — это бывшее «Ленинское знамя»…

-Какая ерунда! Областная газета липецких коммунистов «Ленинское знамя» учреждена по закону. И сегодня продолжает выпускаться обкомом местных коммунистов…-  Михаил Полторанин  показал Сталину последний номер «Ленинского знамени» с критикой президента Путина.

— Товарищ Королев! Вы что себе там позволяете?! – Сталин показал Королеву волосатый кавказский  кулак.

Лаврентий привстал и медленно стал говорить:

-Королев, в послэдний раз спрашиваю: Почему это у тебя сразу две газеты «Ленинское знамя» в Липецке  издаются?  Смотри, что написано! — Исаак Розенфельд с Неверовым утверждают, что «Липецкая газета» — это  видоизмененная газета липецких коммунистов.

А областные коммунисты, абракадабра,  продолжают издавать газету «Ленинское знамя». Нонсенс! – Лаврентий Павлович прицелился Королеву в левый глаз…

Королев быстро нагнулся и затараторил: «Товарищ Берия, успокойтесь и дайте прояснить квинтэссенцию ситуации. Я понимаю, что сразу не разобраться. Как бы две одинаковых газеты коммунистов и как бы одну из них издаю я,  молодой член ,  новоиспеченный член партии «Единая Россия», а другую , с таким же названием – мои товарищи по бывшей партии, то есть бывшие товарищи – по новой партии. Но вы посмотрите на все в другой плоскости нашей среды обитания…

-Лаврентий, на балуй с маузером. Это тебе не со мной на Кавказе почтовые дилижансы при царе грабить! – Джугашвили строго посмотрел на Берию и тот с неохотой перестал целиться в Олега.

-Никто не даст нам избавлэ-ния! Не Бог, не царь и не Герой!- вдруг промурлыкал себе под нос Коба.

-Нет, я тут штатное расписание в Липецке смотрел. Тут надо петь: Не  Божко, не Королев, не Царик… Все они здесь, в Доме Советов на Соборной-Ленина – в одной команде, как Бог, Царь и Герой…- Понтий Пилат засмеялся, стуча мечом легионера о свои сандалии гражданина Рима.

 Коба улыбнулся, пригубил рюмочку армянского коньяка, из влажной, холодной бутылки темного стекла,  выпивая золотистую жидкость  медленными глотками. Затем  продолжил:

Вернемся к эксперту. Королев пока садыс.  Гражданин Елецких, кто тебе активно мешал в поиске истины? Кто извращал историю партийных СМИ? Поподробнее. А ты, Лаврентий, бери на карандаш.

-Это Королев и его друг, областной судья , тербунец  Марков с коллегами, прокурор области – историю хреново знают. 

 

И утверждают в документах , что эсеровская газета тамбовского Липецка – правопреемница газеты коммунистов «Ленинское знамя»… А газета коммунистов – преемница «Липецкой газеты, которая учреждена нами, областными депутатами.

  -Чего-чего? Эсеры из Липецка  – учредили «Ленинское знамя»? – насторожился Берия…

-Ну да! А я писал и Королеву, и судье Маркову не раз! Документы из «Ленинки» прилагал. 

Заверенные печатью и подписью научного секретаря главной библиотеки России. Там все четко – газета эсеров выходила с 1917 по 1920 годы, пока Тухачевский не навел в Тамбовской губернии, с китайцами и австрияками из Интербригады – большевицкий порядок.

Сталин поморщился. Вздохнул. Затянулся трубкой. Перевел взгляд на меня:

-Знаю. Даже газы боевые пришлось применять против антоновщины…И что на это … Королев и судья Марков, эти твои тербунцы?

-Ухмылялись наверняка и помалкивали.

-И кто больше всех ухмылялся?

— Исаак Розенфельд, лучшее перо Королева. Стерва жуткая.  Недавно получил знак союза журналистов – «Честь. Достоинство. Профессионализм»  Именно он – часто   травил меня в «Липецкой газете», издевался и приклеивал ярлыки.

Все оглянулись на Исаака Розенфельда. Того только что впихнул в наш кабинет Лев Троцкий. Лев Давыдович Бронштейн козырнул всем  ладошкой из-под кожаной фуражки и удалился, плотно прикрыв дверь.

-Садыс, Исаак. Он же Розенфельд. Он же Неверов.   Это я тебя пригласил. У меня есть вопросы по подписанным тобой документам.

Исаак  присел у окна, съежился, почесал седую  бороденку и , вынув блокнот, стал что-то быстро строчить в него.

-Здесь нельзя делать записи! – Лаврентий вырвал из рук Исаака блокнот и ласково стукнул  Розенфельда маузером по голове.

Исаак подмигнул понимающе Берии и в задумчивости стал гладить свою бороденку.

Тем временем Иосиф продолжил, обращаясь почему то к Купцову…

-И что им ты пытался объяснить, гражданин Елецких?

Купцов от взгляда Джугашвили отвернулся к окну, а я продолжил:

— Иосиф, понимаешь…  я оторопел, когда узнал, что газете, которой в августе девяносто первого, при ее рождении – самолично, как депутат и член исторической  комиссии депутатов по создании своего СМИ, дал название «Ленинское знамя» — исполняется … 85 лет, то  от этой лжи психанул, ей Богу! Это сколько мне тогда лет, если созданной мной газете – «стукнуло» 85? – И я попытался сорвать аферу товарищей Королева  с юбилеем . Ведь предложено было депутатам выделить на юбилей, которого не было – миллионы из областного бюджета! И постановление заместитель губернатора по юбилею подмахнул.

— А разве 85 лет – юбилей? – Иосиф повернулся к Полторанину.

 

 

На фото: Михаил Никифорович Полторанин

Нет. Это не юбилейная дата. По Далю и Ожегову – юбилей у организаций – должен делиться на 25.

-Королев, как ты умудрился разделить своей газете 85 на 25 лет без остатка? – засмеялся Купцов.  Знает, видимо, что говорит  липецкий математик и глава отделения СПС Олег Дячкин: «Королев все делит , не по арифметическим законам, а как ему надо!»

 

На фото: Олег Дмитриевич Дячкин

— Товарищи, минуту внимания! — Да и я издавал, как губернатор, постановление, которое обязательно для всех, кажется, под номером  234 .Да, называется «О юбилейных датах» И там тоже 85 лет – не юбилейная дата! – озадаченно вспомнил  экс-губернатор Михаил Наролин.

_Товарищ Королев – вы отменяли это постановление Наролина?- задал вопрос Полторанин.

-Не-ет… — насторожился Олег.

-Так какого же хе.. черта, ты уродуешь областные, вполне  юридические решения губернатора, пусть и бывшего?  Зачем плевать на решения, обратной силы не имеющие?! – в голосе Наролина звучали обида и презрение…

-Дело в том, что в плоскости принятых решений мы, члены административной команды,  не должны были обесланиться перед этим  дерьмократом  Елецких! Он же с Ельциным , своим дружком,  крови мне попортил ведро , он  мой личный враг. .. Он  в Тербунах всех мутит! В родных мне Тербунах на выборах победил Топоркова, вождя липецких коммунистов! Он  — грешник, сеет крамолу  и мой доморощенный липецкий владыка обязан предать его Анафеме! Давно пора!

-Так ты Олег, веришь в Бога? – спросил бывший семинарист  Иосиф.

— Самая счастливая минута в моей жизни, это когда я целовал руку Патриарху. Иже еси есмь зело ибо в целовецях паки-паки… -Залепетал Олег на псевдостариннославянском.

-Ты семинарию или партшколу кончал? – удивился  Коба.

— А причем здесь это? – вскинулся Олег.

-Так ведь если в твоей жизни – самая счастливая минута – лобзание руки Алексия Второго, то ты глубоко несчастный , больной челавек! – Иосиф прищурился. Добавил:

-Раньше небось гаварыл, что самая счастливая минута- это когда тебе вручили партбилет. С Лениным. Потом – когда тебя назначили спикером. Потом – твоей главной счастливой минутой, когда народ избрал тебя губернатором…А потом – когда тебя переназначил Путин и ты снова уселся на теплое кресло… Так?

-Так-так, Коба, наш  Олежек много всякой красивой фигни даже в прессе  говорил! И про «обесланеность» России, и про штопор, и про доморощенного владыку! Он теперь про  «богоизбранности»  своего очередного спасителя —  уже не Ленина, а Путина поет – закачаешься!  Может часами наш Олежек Владимира Владимировича хвалить. Почитайте, вот вырезки из его выступлений! Тербунский соловей – так его в народе кличут! – засмеялся Михаил Наролин.

 -Олег насупился и замолчал.

Сталин вспомнил словечко Королева, непонятное для него и опять насел на тербунца:

-Олег, что за слово ты родил, а? Я его нэ знаю.  -Обесланиться? –Сталин покачал головой…

— Может обосрамиться? – переспросил Лаврентий.

Олег встал, принял позу лектора и начал:

-Нет! Вся Россия обенсланилась. А  перед Елецких обесланиться мы не могли!

-С ним все ясно… — Джугашвили озорно посмотрел в сторону Королева:

-Садыс, штопор ты мой , в обесланеной плоскости!  Посиды тихо, любитель счастливого лобзания  патриаршей руки! -И опять обратился ко мне:

-В чем смысл твоих исторических доводов Королеву?

— Так как тамбовский Липецк подчинялся не ВКПб до начала 1921 года, убийства Антонова – а  повстанческим Армиям.  И здесь  всех коммунистов вешали и изгоняли  массово из Советов Тамбовской губернии — до конца 20 года…  То никак при власти эсеров — «Ленинское знамя» не могло иметь в Липецке правопреемников ни в 1917, ни в 1918, ни даже в 1919 и 1920 году.

— Верно говорит гражданин Елецких. Вызвать Тухачевского, Иосиф? Он  типа подтвердит…

-Не надо пока, Лаврентий! Ты следи за Королевым, чтоб не смылся… Этого контру я уже хочу сам расстрелять. Лично. Юбилей помог, чудила,  сочинить… Эсеровскую сказочку. Миллионы из бюджета помог журналюгам  растрынькать! — Продолжай, гражданин Елецких!

 — Ну вот,  стали выдавать эсеровскую газетку за большевистскую! И газета «Наше слово» , позже называясь «Липецкими Известиями» — могла померещиться не эсеровской, а газетой коммунистов только, только… — я подбирал нужное слово.

-Только врагам народа! – подсказал Лаврентий.

-Нет, только антикоммунистам! Назови, гражданин Елецких, тех, кто помогал искажать историю коммунистической печати  Липецка. И никого не пропускай!

-Хорошо. Первыми, кто заставил судей Советского суда Липецка вынести заведомо неправосудное решение о том, что «Ленинскому знамени» , рожденному 6 января 1954 года в 2 004 году исполнится юбилей – 85 лет , я считаю, были  официальные учредители газеты!

-Значит – заговор? Групповуха?  Королев, Розенфельд с Савельевым и примкнувший к ним  судья Марков?

-Товарищ Сталин, прошу слова! – сказал Михаил Полторанин.

-Зачем? – спросил  Иосиф.

-Для ясности… — Полторанин спешил мне на выручку.

-Харашо, дарагой. Только кратко. – Джугашвили наклонился над  столом, вглядываясь в папку «Персональное дело Олега Королева».

— Дело в том что я тоже в Казахстане возглавлял газету коммунистов. А  лишь затем стал министром печати России.

-Ну и что?

-Так вот. В Москве, по Указу Ельцина по КПСС – был закрыт орган обкома – газета «Ленинское знамя». Опечатали кабинеты, отняли печать у редактора. Редакция поддержала ГКЧП, началось следствие. То же самое было и в Липецке, с «однофамилицей», которой руководил Савельев.

-Наслышан, это все бывший секретарь Свердловского обкома натворил. Борис , который неправ.- Могильщик КПСС …

На фото: Б.Н. Ельцин.

-Ну да. Мы ему 75 лет недавно отметили – настоящий юбилей! Так вот. В Указе по ТАСС ,  осенью  1991 года —  Ельцин закрыл московское «Ленинское знамя». Вернее — приостановил, пока в московском «Ленинском знамени» не пошли по закону  и не переучредили газету, как НАРОДНУЮ газету.

Сталин  привстал, наморщил лоб:

-Какое это все имеет отношение к Липецку?

-Прямое! Владимир Савельев, когда работник облсовета Антипов приписал к решению сессии по учреждению «Липецкой газеты» — 

спасительные для Савельева и Розенфельда пункты – стал выдавать липецкое «ЛЗ» за московскую тезку!

Коба удивленно присвистнул. Переглянулся с Лаврентием.

Я продолжил:

 

— Все документально подтверждается, материалы в деле! — Настрочили задним числом бумаг! Пример —  сессия 27 августа родила газету, а в бумажках за подписью Савельева и Розенфельда, переданных в суд – они «родили» эту газету на три дня раньше , чем депутаты на сессии – 24 августа…

-Это же уголовщина! Подлог! – громко заверил Берия.

-Этих самых Савельева и Розенфельда – расстрелять… — поморщился Иосиф. И предложил сделать перерыв в работе.

 Олег Королев, судорожно звоня по мобильнику, пулей рванул в кремлевский коридор.

Берия встрепенулся и снова переглянулся с Кобой…

-Олег, через десять минут жду. От меня не скроешься, найду! И ты будешь сам целовать мою патриаршую руку ..

Долго умолять меня отпустить твою душу на покаяние! – предупредил убегающего Королева Лаврентий, потряхивая и позвякивая  на ладони двумя патронами к маузеру…

 Исаак Розенфельд поглядывал на маузер Берии и тихо, обреченно твердил , как попугай: «Этих самых… расстрелять! Этих самых — расстрелять!»

 

 …И тут прозвенел будильник и я очнулся, лежа  на диване.

Будильник еще раз тренькнул пару раз  и затих. Телевизор – третий раз уже за неделю —  забыл, засыпая,  выключить. По нему шел утренний блок новостей «Евроньюс».

За окном было тихо. Хохлатые свиристели  шумели на рябиннике под окном. Осыпанные ягоды казались каплями крови.

Постояв у окна пошел в ванную. И  почувствовал  , умываясь, жжение, как от ожога , на левой щеке. В зеркало была видна  алая черточка на коже.

 

   Тут же вспомнил странный сон, вспомнил выстрел Берии  и черное пятно на карте. И мне стало не по себе.

 

(продолжение следует)

Август 1991 года. Липецк. Демонстрация демократических сил. Пройдет время и власть в Липецкой области опять захватят вчерашние первые секретари райкомов КПСС: Олег Королев, Николай Тагинцев, Петр Горлов…