Воронеж вкусненький

 

      МАРМЕЛАДНО-ШОКОЛАДНЫЕ ИСТОРИИ ВОРОНЕЖА

  Когда у нас появились первые сладости  жизни…

 

«Сладенькая  ты моя!» — нет-  нет да  и заявит пылкий  воронежец —  той,  на которую он давно уже облизывается…

В России  –  веками, до изобретения зрелищ —  попсы, всенародных выборов и ТВ,- обожали  три главных процесса  : быструю езду, пить горькую ( даже на свадьбах кричим, что нам  горько!)  и еще  — сладко есть. 

   Третья – «вкусная» национальная  составная  — засела даже в исконно русских фамилиях. Их можно найти в телефонных справочниках и томах классиков русской культуры. Булочниковы и Прянишниковы,  Цукатовы и  Крендельковы, Сахаровы и Сироповы…

     Я уже не говорю о Сонечке Мармеладовой – исключительно замечательная российская   кондитерская фамилия! Сразу видно: сочинитель  «Преступления и наказания» тоже кондитерских заведений не чурался, все крошки от пирожных и мармелада  ему в бороду, понимаешь…

   История «сладкой России» и сладенького Воронежа в частности – привлекательна и забавна. Почти два века Россия наращивала свои «сладкие» производственные мощности, в том числе и в Воронеже. Особенно споро это «вкусное  дело»  пошло у наших земляков  с созданием своих сахарных заводов.

 

                               ПЕРВАЯ ВКУСНЯТИНА  ВОРОНЕЖА

 

  Что было поначалу? Бублики-баранки, печатные пряники, пироги с яблоками – все зело ядрено и по бабушкиным рецептам изготовлено. Затем, как только развелись вокруг  немецкие гувернантки и «мусью» —  учителя  – появились на воронежских столах всякие разности  – немецкие «конфекты», французские фигурные печенья  и пирожные.

   Ну а как до тортов типа «наполеон» дошло – тут и появились первые кондитерские в Воронеже! Всего —  то , дорогие читатели — сластены,   около двух  с половиной веков  нашим  предприятиям по изготовлению всяческой вкуснятинки будет! –

   Ну  а сколько сотен ,   за такой исторически малый срок,  новых рецептов и сортов  одних конфет и печений  понавыдумывали   только в нашем губернском городе!? Считать – не пересчитать!

   Уже в 1961 году  в Воронеже насчитывалось 22 кондитера, «проффи»  — по пастиле, пралине, драже и другим разновидностям мягких конфеКт, Да,  именно через «К», в то время и одеколон был «О де Колонъ»…

  А в 1895 году  попыталась на столичный манер отличиться мадам Е.Витте, домовладелица. Она обратилась в Городскую Думу, возжелав открыть для воронежцев  — прямо на Б. Дворянской, а конкретно —  на тротуаре, вблизи кондитерской г. Постовалова – «сладкий пятачок». Сладкое местечко,   где на воздухе, у мраморных столиков, господа могли бы и мороженное съесть, и  пирожком  закусить. А потом – на гитарке побренчать и может даже мазурку сбацать у столиков, на иностранный манер…

  Однако, блюстители нравов , особенно старички-депутаты, стали  речи держать, спорить, сумлеваться.  Мол, рядом – женская гимназия. То есть – сразу два соблазна и искушения-с! Такое соседство – близкий путь к потере…Ну. этой, как ее! Один автор сих воспоминаний  эту вещь  давно потерял, а второй – держится еще! Вспомнили : потере талии!

    И еще —  разве прилично  … воронежским гимназисткам есть на улице,  глотать  куски пирожного – прилюдно! И совсем  уже  вуаля   будет — жевать и чмокать юным  мамзелям  в присутствии мужчин!  А что они, местные сердцееды,  сюда быстро сбегутся, как мухи на мед – это же ясно даже самому дряхлому воронежскому депутату! И посему всякие « сладкие пляски Витте» были отклонены, как противоречащие женскому естеству. И вообще, эскуз муа,  комси-комса  и  полный моветон!

   А вот кондитер Ф.Н.  Гроссман, большой человек в сладком деле, пробил таки  уличное заведение ! Уже  три года спустя после заявки Е. Витте – он  поставил столики  на открытом воздухе, на тротуаре главной улицы  Воронежа —   по образу столицы. Правда, без  перебранки и выкриков   обсуждение  данного вопроса  не обошлось. Особенно отличился депутат Н. Матерый человечище ,  глыба по обличью, к тому же —  военный человек. Он   по военному четко  заметил : «Господа! У нас и без того по Большой Дворянской стали шляться подозрительные  субъекты обоего пола!  Эти  штатские личности — непринужденные и беспокойные, как тараканы-с! Так что господин Гроссман, миль пардон,   с первых шагов  своего  нововведения… должен быть рядом и не допускать этот сброд к своим столикам! Воронеж спасет  твердая рука и порядок!»

               СЕКРЕТЫ   МИНДАЛЬНИЧАНИЯ

    

   Всякая   сладость – не  всякому – в радость!  Вон, автор даже афоризм сочинил в тему! Ну а серьезно — каждый кондитер в Воронеже владел «изюминкой», секретом, от которого его конфекты, пирожные и  и прочие сладости резко  отличались от подобных изделий  своих  конкурентов. Господин Ф.Н. Гроссман  я вам скажу – голова! Почти тридцать лет кормил таки воронежцев сладостями и те не обижались. Пока не бабахнула холостым с «Авроры»  скоропостижная  революция и тогда  всем быстренько стало не до конфет и пирожных…Господи, почему всякие революции так резко действуют на устоявшееся меню!?  Вот, в нашем Воронеже – именно  Ф.Н. Гроссман  старался обеспечить землякам  почти райскую, сладкую жизнь —  по приемлемым ценам. Так надо же – вместо обилия конфет  и пирожных  — появилось обилие маузеров, прокламаций и также несъедобных кумачевых лозунгов. На последних —  предлагалось хорошо обеспеченным россиянам  напоследок поесть рябчиков и ананасов…

  Однако, вернемся к секретам  воронежского  главного сластены с тридцатилетним стажем кондитера.

  Во-первых,  Гроссман  арендовал за 2000 рублей в год  ( удойная  «буренка»  в то время стоила 5 рублей) на центральной улице города добротные, светлые, проветриваемые  помещения для мастерской и магазина.

Во- вторых,  сам строго следил за чистотой и не допускал применения просроченных компонентов. Самые свежие соки, ароматизаторы и фрукты – правило  лучшего кондитера. В кондитерской изготавливали пирожные, торты, конфекты. Продавались даже  остатки: обрезки тортов, крошки шоколада —  стоили 7 копеек фунт, сироп – 5 копеек фунт…

В-третьих,  —  хорошо платил всем шести  своим кондитерам.  Самый лучший из них —  получал 60 рублей серебром в год . На эту сумму ежемесячно можно было покупать его  семье либо  корову или жить безбедно  и без коровы..

    Здесь даже мальчики , работающие в мастерской, имели деньги на одежду, бесплатный стол и проживание…

В-четвертых , — маэстро выписывал из Москвы какао и миндаль, а сырье вроде муки или орехов выбирал сам, придирчиво обнюхивая и ощупывая.

 При этом- немалые деньги  Ф.Н. Гроссман платил приказчикам, кассиршам и прочей прислуге, не забывая о промысловых налогах, страховой премии и подоходном налоге.

 

                        МАСТЕРА СЛАДОСТНЫХ УТЕХ

 

   Кто там твердит, что кушать  сладкое – вредно для здоровья ?  А  «накушаться»  горькой  – значит – не вредно?

     …Так как в Воронеже до революции проблема с кариесом не была , как сейчас, предметом активного  рекламирования , то  вокруг всегда хватало полнозубых  людей со здоровыми прикусом и аппетитом,  а значит —   кондитерское дело  процветало. Появлялись даже  новые конфетные фабрики.

  В 1896 году одной из таких  фабрик была «Орианда», она помещалась на Б.Московской (ныне – Плехановская).

 Здесь,  на потребу жителям в сутки вырабатывалось от 40 до 60 пудов карамели и  до 18 пудов пряников. Продукция сбывалось в Черноземье, харьковчанам и в области Войска Донского, чтобы казакам  в ожидании новой войны —  не было кисло.

  Фабрика эта процветала, ее продукция была в  1906 году   отмечена медалью, а через два года удостоилась Почетного Креста на выставке в Брюсселе, где гурманы собрались такие – не то что конфекту – палец в рот не клади!

                    О МЕСЬЕ ЖАНЕ И РЕКЕ ИЗ СИРОПА

     Прежде чем рассказать об этом самом  нерусском  Жане, скажем о конфетной фабрике Н.В. Иншакова, на угле улиц Станкевича и Платонова обретающейся.  Основанная  еще в 1878 году,  эта фабрика имела свои бакалейные магазины. Двор фабрики был постоянно забит повозками с фирменной иншаковской продукцией – бочками с вареньем, ящиками с пастилой, мармеладом , печеньем и конфетами. Ржали лошади, мальчишки отпугивали голубей, что старались залететь в склады, где упаковывались всякие сладости…

     Писательница Ольга Кретова, наша землячка, вспоминала о самой шикарной кондитерской  месье Жана. Этот якобы француз,  на самом деле был поляком – Иваном Антоновичем Лявданским. И в его заведении, за тонкими, зеркальными стеклами были выставлены разукрашенные торты, обольстительные пирожные и  еще, в необыкновенных фужерах , – ароматнейшие, фирменные компоты, отдающие экзотикой – заморскими фруктами и ягодами…После  победы  большевиков  французу представили место буфетчика. В его кондитерской  стены щедро обили  рогожей, а художники «левого» толка расписали  рогожки  абстрактными композициями — атеистического и пролетарского направления.   К примеру – красный, аж малиновый – молотобоец, явно  гориллоподобного сложения , ощерясь, аки зверь, высекал синие  искры из  розовой наковальни.  Рядом – на рогоже  —  слоноподобная,  синяя  баба ,  с бицепсами культуриста —  вязала фиолетовый , лохматый ржаной  сноп, размашистым движением ревнивого Отелло… И был открыт здесь клуб партжурналистов. Они, бедовые,  зарождали среди фиолетовых   снопов и розовых  наковален, уцелевших   канделябров заведения месье Жака и  крепкого  сивушного «бибера с  кандебобером»  —  зажигательные заметки о пролеткульте. Но это еще будет! А пока…

  А пока —  местная  конфетная фабрика «Рамонь»  (арендаторы Шварц и Андреев) тоже не лаптем щи хлебала! Это была родоначальница нынешней кондитерской фабрики и вырабатывала шоколад, конфеты многих сортов, ионпансье, мармелад, какао…  На фабрике трудилось  от 35 до 70 человек.

   Воронежский «Магазин удельного имения «Рамонь»  выигрывал изначально – состоял при  фабрике, что  трудилась на солидной базе — при сахзаводе  господ  Ольденбургских,  родственников императорской семьи. Здесь всегда  ориентировались  на самое лучшее в кондитерском деле! Лидеры международных выставок стали вдруг погорельцами!

  Синим пламенем  в 1905 году —   две недели горела   «Рамонь»!   Бурлил расплавленный сахар, патока, конфеты стекали в реку, образуя сказочную сиропную реку с мармеладными берегами. То-то радости было местным осам и пчелам!

  … А в Воронеже тем временем —  сладкоежкам постоянно  было не до отдыха зубам!

  Конфетная фабрика «Прима» сигарет с одноименным названием не выпускала! Находясь в доме М. Сычева на Б.Московской, «Прима» была сильно механизирована! Гудели котлы, пыхтели  сладкими волнами пара… Здесь  два раза в день устраивался для работников  «чай с булкой», сервис  от хозяина. Славилась «Прима» халвой и шоколадом в форме бомб, яиц и аптекарских таблеток…

  Ну а мастера сладкой жизни фабрики Гроссмана  старались завернуть пастилу или мармелад в роскошную упаковку, оригинальные жестянки или ящики. Рисовались яркие этикетки для конфеток, придумывались названия поэтичные и громкие: «Офелия», «Гейша», «Я люблю тебя»..

  Пройдет каких то  40-50  лет и  вам  в Воронеже предложат съесть конфетку  на выбор – «Колхозника» или «Пионера»? Ну а  любители громких имен могли закусить «Челюскиным» или даже …»Ровесниками Октября» …Выходило, что в 30- е годы фантазия творцов оберток  была с долей большевисткого идиотизма. К примеру – крепка ли была на зуб конфета «Автострада»? А чем отдавало монпансье «Волейбол» или «Метро» ? – Неужели спертой атмосферой спортзалов, резиновых  эскалаторов метрополитена, подземных  электричек, потными подмышками, пардон, спортсмена?

  В то время , кстати, Москва считала, что отправлять карамель с красивыми этикетками – роскошь, а потом удивлялись – почему это в глубинке столичная карамель плохо идет, а местная – нарасхват..

 Правда, до изобретения «Метро» и «Артека» —  в Воронеже неплохо шло завозное печенье  « Товарищества фабрик С.СIУ и К в Москве»  . Оно продавалось по линии торгового дома А.Руднева и Я.Письменного.

Но эта продукция  была широко рекламировано по стране и вообще – красовалась на прилавках  в оригинальной упаковке.

                         ВОРОНЕЖ, НЕ ОДЕССА. А В ЧЕМ -ТО – ДАЖЕ ЛУЧШЕ!

    Граждане, сегодня в Воронеже, со вторым  пришествием  капитализма – конфетно- пирожно-карамельное дело резко пошло в гору! Наша фабрика каждый год рождает фирменные новинки!

   Да, Воронеж – не Одесса, хотя у нас кое-какое море тоже синеет за бульваром. И мы также любим юмор, а еще и сладкие вещи. А это – две большие разницы!

 Художник Вадим Косогоров подарил стране когда-то  знаменитые на весь Союз конфеты «Песни Кольцова» — дефицит из обкомовской столовой. Потом , уже при президентской России — появились «Воронежские», «Никитинские», «Басни Крылова»,  и наборы – к юбилею Русского Флота…

   Новый двадцать первый век одаривает нас не только чужеземными «Сникерсами»  и «Марсами», но и местными образцами сладкой продукции . Знай наших!

 Воронеж кондитерский – это  такой выбор всяких вкусностей, что позавидует любой одессит, не говоря о жителе какой-либо Жмеринки или там  Гадючинска.

   И это правильно! Ведь на душу произведенной сладости на человека – Воронеж ближе к Египту, чем к Ямало-Ненецкому округу, где местным ,  закаленным   оленям наш шоколад  все же  сильно не по зубам.

                                                      А.ЕЛЕЦКИХ

                                                        В.БУРОВ.